— О-о-о, вот это ***ок! Глядите, свежее мясцо! А какие габариты!
— Для тебя что, каждая женщина — просто дырка, в которую ты можешь присунуть?
— Три! Целых три дырки, куда я могу присунуть свою пипирочку!
— Мы с тобой точно одного вида?
— О-о-о, вот это ***ок! Глядите, свежее мясцо! А какие габариты!
— Для тебя что, каждая женщина — просто дырка, в которую ты можешь присунуть?
— Три! Целых три дырки, куда я могу присунуть свою пипирочку!
— Мы с тобой точно одного вида?
Вам может нравиться или не нравиться мой образ жизни, но мне это совершенно все равно: вы должны уважать меня, если хотите меня знать.
— Мне нужно кое о чём тебя спросить. Мне всё равно какой будет ответ, я просто должна знать. Ты гей?
— Гей ли я? Мы ведь с тобой это уже обсуждали.
— Знаю, просто... Финн показал мне запись, где ты с каким-то парнем на подземной парковке.
— И что там записано?
— Как ты разговариваешь с парнем.
— Разговариваю с парнем? О, вот же я ***!
— Да я ему не поверила! Поэтому я так на него и взъелась в баре! А потом мы пришли к тебе, ты на фотках обнимаешься с каким-то типом, и ГОТОВИШЬ! И рубашки у тебя по цветам развешаны.
— О, ну тогда я просто прожжённый жопотрах!
— Вы понимаете, что мы сегодня занимаемся невербальными заклинаниями, Поттер?
— Да, — сдавлено ответил Гарри.
— Да, СЭР.
— Совсем не обязательно называть меня «сэр», профессор.
Но не у всех Дантесов в делах такой успех,
И не у всех богатство в сундуках, но!
Всяк Дантес был против всех, да всяк Дантес был против всех,
И от таких всегда паленым пахло.
Дантес он Кристо не Христос, сам спасся, нас же не вознес,
Но есть вопрос — что будет после нашей мнимой смерти,
И автор тем уже не прост, что задал этот нам вопрос,
И дал ответ! А вы его проверьте!
— Наверное, здорово быть знаменитым. Знаешь, чем хорошо быть знаменитым? Люди слушают, что ты им говоришь. А мне есть, что сказать.
— А как же твои проповеди? Там люди тебя слушают.
— Нет, Дугал. Я о людях, которых уважаю.
Я ставил фильмы разных жанров — комедию и драму, детектив и публицистику, сатиру и мелодраму, но всегда об одном —это одна большая, главная картина — о совести людской.
Но должно же быть у человека в душе святое, то, над чем, как над матерью родной, нельзя смеяться, говорить неуважительно, с издевкой.