Кого тяготит своё бессилие, тот будет причинять страдания слабым.
Думать, что бессильный враг не может вредить — это думать, что искра не может произвести пожара.
Кого тяготит своё бессилие, тот будет причинять страдания слабым.
Думать, что бессильный враг не может вредить — это думать, что искра не может произвести пожара.
Духовность в этом мире всегда остается связанной с опытом страдания, с противоречиями и конфликтами в человеческом существовании, со стоянием перед фактом смерти и вечности. Существо вполне довольное и счастливое в этом мире, нечувствительное к злу и страданию и не испытывающее страдания, совершенно бестрагическое, не было бы уже духовным существом и не было бы человеком. Чувствительность к злу мира и способность к страданию есть один из признаков человека как существа духовного. Человек есть существо страдающее в мире и сострадающее, раненное жалостью, в этом высота человеческой природы.
Чувства влияют на наше тело так же, как витамины, рентген или аварии. Но что бы я сейчас ни испытывал, одному Богу известно, какие органы от этого страдают. Так мне и надо. Я нехороший человек — ну, просто потому что я плохой и вдобавок сбился с пути.
Ад — это не просто место, где мы страдаем. Ад — это место где мы страдаем, и нас никто не слышит.
В падении тоже есть свой позитив. Не надо бояться этого. Даже в депрессию я люблю упасть на какое-то время, она бывает для меня питательной. А находиться все время в какой-то стабильности, в довольстве… Это, мне кажется, какой-то кусок мяса, а не человек. Человек должен страдать!
... я мог бы уничтожить себя, покончить с существованием, не предлагавшим, казалось, ничего, кроме нелепых страданий и унижения.
Мы страдаем многими способами. У всех нас есть душевная и физическая боль, которую временами невозможно выносить. Поэтому первый шаг — распознать её и только тогда мы сможем обрести над ней контроль.
Люди любят обсуждать страдания других, совать пальцы в раны и облизывать, словно это мед. Но я не позволю им есть из моего улья.