В каждом юном лице уже таятся морщины, в улыбке — усталость, в мечте — разочарование.
Надо состариться, чтобы понять, что это [влюбленность], быть может, и есть самое чистое, самое прекрасное из всего, что дарит жизнь, что это святое право молодости.
Есть девушки, чья стыдливость настолько велика, что с ними можно поступать как вам заблагорассудится, ибо они совершенно беспомощны и скорее снесут все, что угодно, чем доверятся кому-нибудь.
Поверьте, молодым девушкам в этом возрасте совершенно безразлично, какие стихи они читают — плохие или хорошие, искренние или лживые. Стихи — лишь сосуды, а какое вино — им безразлично, ибо хмель уже в них самих, прежде чем они пригубят вино.
Пусть твои слова всегда будут приятными, хорошими, а твое лицо простым и открытым, и тогда для людей ты будешь любимее и ближе, чем те, кто дарит им подарки
Ибо пример есть сильнейшая связь на земле между людьми, каждое деяние пробуждает волю в других, и, стряхнув с себя дремоту, человек деятельно наполняет часы дней своих.
Если стали кормиться сплетнями, новостями,
Да закаченным в плеер дешевым музлом,
Значит быть на Руси нам звонарями,
Из душ наших слит будет колокол, дабы не били челом,
Будущие сыны Отечества перед вором, шутом, подлецом,
Да, мы лишь малая часть человечества,
Но зато с сохранившимся лицом.
Напишу-ка я песню на случай бронхита,
Прослыву занудой среди своих коллег,
Ведь сейчас нужно быть чем-то вроде бисквита,
Не выделяться своей амплитудой и не форсировать рек,
Но мне всегда Джордано Бруно был ближе, нежели Галилей,
Висеть на рее лучше, чем быть уборщиком гальюну,
А мытарь лучше, нежели фарисей.
Пошли на убыль эти ночи,
Еще похожие на дни.
Еще кромешный полог, скорчась,
Приподнимают нам они,
Чтоб различали мы в испуге,
Клонясь к подушке меловой,
Лицо любви, как в смертной муке
Лицо с закушенной губой.
Cлайд с цитатой