Сергей Александрович Снегов. Диктатор

Другие цитаты по теме

Он стыдился своего хвастовства, желания казаться храбрым и безжалостным. Своего хладнокровия, своей черствости, неспособности выразить свои чувства и мысли. Теперь он искренне сожалел о том, что убил Джесси. Скорбел, как и все вокруг. Грезил о том, что каким-то чудом повернет время вспять. Проходя по своему салуну, он замечал, как посетители перестают улыбаться. Он получил столько писем с угрозами, что они вызывали в нем только любопытство. Все дни он проводил в квартире, разглядывал карты, пытаясь разглядеть в королях и валетах свою судьбу.

Вы знали ласки матерей родных,

А я не знал, и лишь во сне,

В моих мечтаньях детских золотых

Мать иногда являлась мне.

О, мама! Если бы найти тебя,

Была б не так горька моя судьба.

Судьба, видать, определена каждому своя: кому — песни петь, кому — за горло певцов душить, забивать пенье обратно в глотку.

Love, my fate,

Will you wait for me there... where our autumn dawns?

There, beyond the dreary seas

Will you wait?

Will you welcome me into your arms once more?

Where our waters still fall free...

Необходимость или разум

Повелевает на земле -

Но человек чертит алмазом

Как на податливом стекле:

Оркестр торжественный настройте,

Стихии верные рабы,

Шумите листья, ветры пойте -

Я не хочу моей судьбы.

Не спорь! Глупо спорить с судьбой. Ничем хорошим это не заканчивается. Иногда судьба сама делает за нас следующий шаг. Ничего не поделаешь.

Судьба за мной присматривала в оба,

Чтоб вдруг не обошла меня утрата.

Я потеряла друга, мужа, брата,

Я получала письма из-за гроба.

Она ко мне внимательна особо

И на немые муки торовата.

А счастье исчезало без возврата...

За что, я не пойму, такая злоба?

И все исподтишка, все шито-крыто.

И вот сидит на краешке порога

Старуха у разбитого корыта.

— А что? — сказала б ты.-

И впрямь старуха.

Ни памяти, ни зрения, ни слуха.

Сидит, бормочет про судьбу, про Бога...

Средь разрушенных грез, в те, что верил, глупец, я когда-то сам,

Заколдованный ведьмой, мой разум в тумане стоял.

Пластилиновой куклой в руке подчинялась моя судьба,

Голос твой в голове мне покоя никак не давал.

В отражение свое я смотрел, но себя там не узнавал

Незнакомый мне облик своих глаз с меня не спускал.

От удара руки задрожали осколки живых зеркал;

Рассыпался на части наш мир, и его не собрать.

На моей Земле видно так повелось,

Всё не слава Богу, всё не так как у всех,

То ночами маемся, то засветло пьём,

Стороной взглянуть, и смех, и грех.