Нацуо Кирино. Аут

Забавы ради? От слов детектива у него пошла кругом голова. Сатакэ почувствовал себя так, словно его огрели молотом. И все же он нашел силы с безразличным видом пожать плечами, хотя душа кричала: «Все было не так! Не забавы ради! Не для удовольствия! Наслаждение было в другом, в том, чтобы разделить с ней смерть». В тот миг он не чувствовал ничего, кроме любви. Вот почему она так и осталась его единственной женщиной. Вот почему она навсегда привязала его к себе. Ему вовсе не доставило «удовольствия» убивать её. Но как объяснить это все им? Как выразить в одном слове?

0.00

Другие цитаты по теме

Увидев оружие в руке у бегущего к ним американский парень — постовой оцепления вскинул свой ППШ и нажал на курок. С пяти метров автоматная очередь буквально прошила Ричарду грудь.

... Через час эскадрилья, погрузив труп Ричарда на борт «Летающего джаза», взлетела и взяла курс на юго-запад, в сторону фронта и польско-украинского Дрогобыча.

Сидя на земле, окровавленная Оксана тупо раскачивалась, мёртвыми глазами глядя вслед эскадре B-17s, тающей в утреннем украинском небе.

Я прозрачнее ладана стал,

Пожелтел, как шафран я, устал,

То ли так меня губит любовь,

То ли день моей смерти настал.

Зелье есть у тебя, говорят.

Дай вдохнуть мне его аромат,

Оживи меня — или умру,

И в убийстве тебя обвинят.

Дело в том, что человек не знает своих пределов, не знает, на что способен, пока не убьет кого-то. С этим не может сравниться ничто. Это — настоящая мера.

Можешь бежать от того, чего ты боишься, можешь сражаться с тем, кого ненавидишь. Все мои действия были направлены против убийц, против враждебных чудовищ.

Если ты любишь своего убийцу — выбора нет.

Нельзя бежать, нельзя сражаться.

Ее корона из ртути, бриллианты из слез,

Ее плач — это кровь, ее смех — это стон,

Она поет свои песни под ветер и дождь,

Она красива, как день,

Она слепа, как ночь...

Ты убила Канаэ и моего отца, я не прощу тебе этого, но если ты обидишь кого-нибудь ещё, меня наверняка снова будет мучить совесть...

Грустная девочка из нашего детства... Ню... я люблю тебя...

Увидев оружие в руке у бегущего к ним американский парень — постовой оцепления вскинул свой ППШ и нажал на курок. С пяти метров автоматная очередь буквально прошила Ричарду грудь.

... Через час эскадрилья, погрузив труп Ричарда на борт «Летающего джаза», взлетела и взяла курс на юго-запад, в сторону фронта и польско-украинского Дрогобыча.

Сидя на земле, окровавленная Оксана тупо раскачивалась, мёртвыми глазами глядя вслед эскадре B-17s, тающей в утреннем украинском небе.

Когда солнце закатилось, ни одна свеча его не заменит.

Любовь и смерть имели такую природу, что заниматься ими понарошку было невозможно. Не играло роли, верят ли участники процедуры в то, чем заняты, — важно было, что это действительно с ними происходит. Спариваться и умирать можно было только всерьез, хоть в домашнем уединении, хоть перед сотней камер на арене.

— Я думала, Бог любит всю живность.

— То, что он ее любит, не значит, что он порой не может ее прибить.