Благословен ушедший с милой
за дальний перевал.
Мост перешли они,
и тотчас тот мост разрушил шквал;
Засыпало следы их снегом,
буран забушевал...
Он взял её лицо в ладони
и — днём — поцеловал.
Благословен ушедший с милой
за дальний перевал.
Мост перешли они,
и тотчас тот мост разрушил шквал;
Засыпало следы их снегом,
буран забушевал...
Он взял её лицо в ладони
и — днём — поцеловал.
Как нам быть — все про нас говорят.
Разве грех, если мы полюбили?
Что ж наш рай превращают в ад?
Где появимся я ли, ты ли -
Вслед глядят, источают яд.
В чём грешны мы, что преступили?
Полюбили мы — не убили,
Так чего же от нас хотят?
Ослепительный блеск
И огонь твоих глаз
Может реку поджечь
И разрушить Шираз.
Если в город Дамаск
Голос твой долетит, -
Кто услышит его,
По тебе загрустит.
Душа моя ушла из тела,
и горько плакал я:
— Душа, куда ты улетела,
в тебе вся жизнь моя?
— Я думала, что ты умнее,
безумна речь твоя:
Когда разрушен дом,
хозяин уходит из жилья.
Спорят с морем под Месрой
эти очи глубиной,
Эти кудри разметались
ветром зыблемой волной.
Возросла ты, точно ива,
ты — как яблок наливной.
Ты наполнишь ароматом
белой розы мир земной.
Где была ты, откуда пришла?
Если ты не посланница зла -
Отпусти меня, сделай милость!
Ты сожгла моё сердце до тла,
Ты в душе моей поселилась
И дороги назад не нашла,
Ты в сознаньи моём заблудилась,
Ты моими слезами текла.
Люди пришли и сказали:
«Стал твой любимый монахом».
В недоуменьи безмолвном
я размышляю со страхом:
«Как он смирится с горохом -
сладкое ел на пирах он,
Как власяницу наденет -
к тонким привык он рубахам!!»
Я прозрачнее ладана стал,
Пожелтел, как шафран я, устал,
То ли так меня губит любовь,
То ли день моей смерти настал.
Зелье есть у тебя, говорят.
Дай вдохнуть мне его аромат,
Оживи меня — или умру,
И в убийстве тебя обвинят.
От долгих раздумий растут
и печаль и забота,
И сахар не сладок,
и жжётся вода отчего-то,
И таешь свечою, страшась
до холодного пота,
Жизнь так непосильно трудна,
что и жить неохота.
Не останусь здесь, прощай.
Уезжаю, не вернусь.
Византия далеко,
Но и там не задержусь.
А придут тебе сказать,
Где я, — буду вновь в пути.
В цепи закуют — порву
Цепи, чтоб тебя найти.