Когда уходит любовь, остаётся блюз…
Вот такая вот музыка,
Такая, блин, вечная молодость.
Когда уходит любовь, остаётся блюз…
Я испытываю смешанные чувства, когда слушаю свою первую пластинку. У меня тогда были совсем другие представления о любви, о моем будущем, о том, в чем мое предназначение. О разрывах. Да обо всем. Сейчас я ко всему подхожу с другой стороны — но я рада, что у меня есть такие ориентиры определенного этапа моей жизни, к которым я могу возвращаться и говорить: «Вау, раньше я действительно, думала что «долго и счастливо» существует».
Раз уж я чудовище, так и *** со мной,
Забираю *** с собой, тобой покусанный
Пирсингом, удачных поисков принца тебе,
Не тупи сильно с ним, так как тупила со мной.
Милые девушки, не стоит из-за неразделённой любви лезть в петлю. Ведь окончание отношений это не всегда трагедия. Возможно, это очередная ступень к счастью и судьба обязательно даст вам ещё шанс любить и быть любимой.
Неудобная музыка, неудобная, не жалеет тебя, не пытается поддержать.
Неудобная музыка, злая, бездомная, ржавеющая на острие ножа.
Неудобная музыка, вечно новая, не привязанная к ситуациям и речам.
Неудобная музыка, не готовая, та, что нам с тобой не по плечам.
Может, действительно не судьба? Лучше разрубить сразу, чем делать сотни мелких надрезов.
You know, some people belive in God, i belive in music.
Some peole pray, i turn up the radio.
— Как же это тебе, расисту, может нравиться «Мотаун»? — завывает он. — То есть, я хочу сказать, как ты можешь быть расистом и любить Марвина Гэя?
— Марвин Гэй не черный.
— Что ты говоришь?
— Для меня он не был черным. Черным был тот хер, который его убил. Вот он был гребаным ниггером.
— Но его же убил собственный отец!
— Да. Черный.