Нам свойственно давать оценки людям, которые нас окружают. Мы судим о том, как одеваются незнакомые люди; о том, как наши соседи ухаживают за своими газонами; и о том, как наши друзья ведут себя при людях. Да, мы постоянно даем оценки и никогда не задумываемся, что в один прекрасный день станем сами объектом таких оценок.
Я не читал этих пасквилей, и никто из моих знакомых их не читал (что, между прочим, доказывает, что они нисколько не злы, а только плоски и глупы).
Легко не красть. Тем более – не убивать. Легко не вожделеть жены своего ближнего. Куда труднее – не судить. Может быть, это и есть самое трудное в христианстве. Именно потому, что греховность тут неощутима. Подумаешь – не суди! А между тем, «не суди» – это целая философия.
Когда человека бранят, это обычно означает, что он обладает ясно выраженным характером. Глупцов и безличных людей обходят молчанием.
Времена философских систем прошли, теперь время критики. Разрушение систем уже стало большой и величественной системой, хотя оно подобно разрушенным системам и не имеет глав, параграфов и категорий. Улучшать человеческую жизнь — вот в чем философия; развивайся она каким хочет путем, лишь бы это составляло ее смысл и цель.
... Все мы великие критики того, чего не умеем сами, или того, чем сами не занимаемся, а если и занимаемся, то так беспомощно, что было бы куда лучше оставить жалкие попытки и сделать что-нибудь полезное по хозяйству.
Один клялся мне в верности, другой, что никогда не обидит. И оба солгали. Будь со мной искренним и увидишь, я могу многое вынести.
— Она умирает!
— И кто в этом виноват? Она сама это сделала.
— Но представь, как она, должно быть, страдала...
— Все страдают. Но только эгоистичные сучки спускают курок и заставляют страдать остальных. Она не подумала о близких: о матери, муже, дочери.
Cлайд с цитатой