Чайки над Финским заливом висят,
пробуют воду на вкус.
Небо седое, как дед в шестьдесят.
Небо из серых медуз.
Виден в пыли облаков Петербург.
В город плывут корабли.
Разве возможно всё это вокруг
просто отдать за рубли?
Чайки над Финским заливом висят,
пробуют воду на вкус.
Небо седое, как дед в шестьдесят.
Небо из серых медуз.
Виден в пыли облаков Петербург.
В город плывут корабли.
Разве возможно всё это вокруг
просто отдать за рубли?
Люблю я город над рекой.
Люблю его, Петра творенье!
Он для меня один, родной:
С моей судьбой – одно сплетенье.
Невский Проспект, как и всякий проспект, есть публичный проспект; то есть: проспект для циркуляции публики (не воздуха, например).
Я приеду гостить: как же можно без странствий?!
Обойду целый мир! И обратно вернусь.
Нет второго такого же места в пространстве.
Я люблю Петербург. Я опять остаюсь.
Здесь, где Пушкин был застрелен,
Где повесился Есенин,
Быть поэтом не призванье,
а почти что приговор.
— Петербург — многоликий город. Видите: сегодня у него таинственное и пугающее лицо. В белые ночи он очаровательно воздушен. Это — живой, глубоко чувствующий город.
Клим сказал:
— Вчера я подумал, что вы не любите его.
— Вчера я с ним поссорилась; ссориться — не значит не любить.
Кружатся над яхтами стайки белых чаек,
Ветер переменчивый вьётся над Невой.
Город мой – особенный, это каждый знает!
Каждый, кто знакомится, Петербург, с тобой.
Здесь живут мечтатели, грустные философы,
Все чуть-чуть простужены, вечно влюблены.
Говорят загадками, притчами, вопросами,
Черпают энергию ветра и луны.
Петербург я начинаю помнить очень рано – в девяностых годах… Это Петербург дотрамвайный, лошадиный, коночный, грохочущий и скрежещущий, лодочный, завешанный с ног до головы вывесками, которые безжалостно скрывали архитектуру домов. Воспринимался он особенно свежо и остро после тихого и благоуханного Царского Села.
Санкт-Петербург — капризный город. Словно ветреная, избалованная красавица, которая сначала дарит улыбки, а потом ускользает, скрывшись в пестрой толпе. Сегодня она мила и игрива, а уже завтра на что-то обижена. Не угадаешь, не поймешь и не застрахуешься от неожиданных перемен настроения. Такие же чудеса творятся с погодой в Санкт-Петербурге. Только что светило солнце, миг — и резко потемнело, наползли низкие тучи с Невы, и начался дождь. Мелкий, моросливый, по такому не поймешь, то ли он закончится с минуты на минуту, то ли будет надоедать сутки.
Город, где я не был счастлив, к несчастью, ни разу -
Всё как-то на нервах, наверно, уже не добиться любви никак.
По Питеру надо скакать на лошадке, начистив кирасу,
А мы-то плетемся в немытых такси
Да несвежих воротничках...