Альберт Эйнштейн

Другие цитаты по теме

Эйнштейн однажды написал Чарли Чаплину:

«Ваш фильм «Золотая лихорадка» понятен во всем мире, и Вы непременно станете великим человеком.»

На что Чаплин ответил:

«Я Вами восхищаюсь еще больше. Вашу теорию относительности никто в мире не понимает, а Вы все-таки стали великим человеком».

Люди всегда ждут идеальных обстоятельств, чтобы начать что-то делать, будь то учеба, бизнес или тренировки. Пойми ты наконец: идеальной ситуации не существует! На тебя не свалится из ниоткуда куча возможностей, после чего ты скажешь: вот оно — мое время. Началом всего может быть только одно — твой первый шаг, час боли, дающий величие длиною в жизнь.

Однажды девятилетний сын Эйнштейна спросил отца:

— Папа, почему собственно, ты так знаменит?

Эйнштейн рассмеялся, задумался, а потом объяснил:

— Видишь ли, когда слепой жук ползёт по поверхности шара, он не замечает, что пройденный им путь изогнут, мне же посчастливилось заметить это.

Следуйте истинному пути, и пусть не будет казаться для вас диким то, что спутников у вас будет мало.

Но не всегда сбываются все планы,

пути меняются, сбиваются следы.

Встаем и падаем, залечиваем раны,

и снова слышим голос изнутри.

А если чувствуем, что выбор сделан верно,

то даже сквозь потери и печаль,

удерживаем это направленье,

и сил, потраченных на выбор, нам не жаль.

И даже если вдруг дойдём до точки,

но каждый шаг был сделан для любви,

мы понимаем: вектор выбран точно.

Ведь смысл у жизни в сущности один.

В этот период я все больше и больше осознавал, что болезнь этого страдальца коренится не в каких-то пороках его природы, а, наоборот, в великом богатстве его сил и задатков, не достигшем гармонии.

Всё имеет смысл. Не существует тупиков, непреодолимых препятствий, страданий — даже самых неслыханных и необъяснимых — без надежды, не существует потерянного времени. Нет людей или событий бесполезных, лишенных значения.

Главное в жизни человека моего склада заключается в том, что он думает и как думает, а не в том, что он делает или испытывает.

Только высокое умственное развитие и порождает такую философию, такую стойкость духа, которые не позволяют сосредотачиваться на подобных вещах — и страдать из-за них.