Мы бесконечно сражаемся, чтобы избавить себя от утрат.
Люди, которым нечего защищать, не могут сражаться до последнего. До конца.
Мы бесконечно сражаемся, чтобы избавить себя от утрат.
Смерть, бесконечность, планеты — все это страшно именно потому, что вне нашего представления.
Галуб прервал мое мечтанье,
Ударив по плечу; он был
Кунак мой: я его спросил,
Как месту этому названье?
Он отвечал мне: Валерик,
А перевесть на ваш язык,
Так будет речка смерти: верно,
Дано старинными людьми.
— А сколько их дралось примерно
Сегодня? — Тысяч до семи.
— А много горцы потеряли?
— Как знать? — зачем вы не считали!
Да! будет, кто-то тут сказал,
Им в память этот день кровавый!
Чеченец посмотрел лукаво
И головою покачал.
Сражаться за «честь» и за «преданность»… С тем же успехом можно биться с пылью. Хочешь убивать — делай это ради себя. Вот она сущность охотника.
«Почему ты никогда не даешь отпор в жизни, когда так замечательно делаешь это в своей игре?» — не раз и не два задавала ему вопрос Флоранс. «Потому что считаю это глупостью, — отвечал он. — Человеку хватает и сражений с самим собой».
Одного-единственного решения достаточно, чтобы полностью сбить тебя с пути. А с неправильной дороги обратно не вернуться.
Однажды, когда ты будешь устало плестись вперед, ты прошепчешь: «все должно быть по-другому».
Вечность пахнет нефтью, потому что вся материя вселенной за свою долгую бесконечность множество раз составляла организмы живых существ.
Я хочу, чтобы он признал, что тот, кто сражается мечом, от него же, черт возьми, и умирает!
— Отличный бой, ассасин. Сегодня Бог благоволит тебе.
— Бог здесь ни при чём, я просто лучше сражался.
Кого-то ждали семьи, для других же семьей были те, рядом с кем они истекали кровью. Ни оркестры, ни флаги, ни почетный караул не встречали их дома. Они пошли на войну, потому что так приказала их страна, но в конце-концов они сражались не за свою страну или свой флаг, они сражались друг за друга.