Я не обсуждаю Его приказов, а то вдруг возьмет и разразит на ровном месте сию минуту.
... Именно по своей безмозглости, не ощущал страха...
Я не обсуждаю Его приказов, а то вдруг возьмет и разразит на ровном месте сию минуту.
Осознав, что подступает наивысшая минута, Баудолино отважился на дело, которое – как всегда, из самолучших помыслов – состояло в очередном обмане.
Нет большей несправедливости, нежели наказание праведного, ибо последнему грешнику, друзья, прощают последнее греходеяние, а праведному не прощают и первого.
... история — это не то, что было, а то, что рассказывается и тем самым создает для развития человеческого общества опору и прецедент.
Так у нас заведено. Ненавидим чужих до крайней степени, но уж сверх всякой меры ненавидим своих. Если чужой нам поможет навредить своему, то дай Бог ему всякого здоровья.
Иногда у заклинателя возникает чувство, что хотя он не верит в дьявола, дьявол почему-то поверил в него.