The room was silent as we
All tried so hard to remember
The way it feels to be alive.
Когда допускаешь ошибку, так и хочется нажать кнопку обратной перемотки. Но у жизни нет такой кнопки. Жизнь так или иначе идет вперед и звучит. Хочется тебе или нет, ты в силах только прибавить или убавить громкость.
Каждый должен знать свое место. Это не снобизм. Это единственный способ поддерживать порядок. Субординация. Пунктуальность. Планирование. Профессионализм. Вот четыре кита на которых держится бизнес. Истинных профессионалов ничтожно мало.
Ты когда нибудь получал по морде? Пощёчину, получал хоть раз в жизни? Я вырос на улице. Керем также вырос на улице. Меня много раз избивали. После избиения всегда клонит в сладкий, сладкий сон.... Человеку всё ни по чём. Нас хорошо побила жизнь. Ты не знаешь это чувство. Ты сын чиновника, выросший в порядочном районе. Мы же выросли на улицах. На улице разборкам нет конца. Получая удары от жизни, ты учишься жить, братец. В самый прекрасный момент ударит тебя в живот. Ты научишься также бить, иначе не выживешь. Иначе до конца своей жизни будешь получать эти удары. Если выстоишь — выживешь. Если сломишься — проиграешь. Всё настолько просто.
Come feed the rain
Cos I'm thirsty for your love
Dancing underneath the skies of lust
Yeah feed the rain
Cos without your love my life
Ain't nothing but this carnival of rust
It's all a game, avoiding failure,
When true colors will bleed
All in the name of misbehavior
And the things we don't need
I lust for «after»
No disaster can touch
Touch us anymore
And more than ever, I hope to never fall,
Where «enough» is not the same it was before
Осознание нашей смерти является единственной вещью, которая даст нам силу вынести тяжесть и боль нашей жизни и боязни неизвестного.
Я спрашиваю его, не слышал ли он когда-нибудь о реальной жизни. Дюк говорит, что слухи о реальной жизни сильно преувеличенны. Этого-то я и боялся, говорю я.
Зачем, живой среди живых, бежит он от людских тревог?
От всех избавясь, от себя куда уйти? В какую тьму?
Он чувствовал себя свободным и от собственного прошлого и от того, что было им утрачено. И он принимал это самоутешение, это сжатие душевного пространства, это пылкое, но трезвое и терпеливое отношение к миру. Ему хотелось, чтобы жизнь уподобилась куску теплого хлеба, который можно как угодно комкать и мять.
Cлайд с цитатой