Джулиан Барнс. История мира в 10 1/2 главах

Другие цитаты по теме

Возьмите, например, королевского пингвина: самец высиживает яйца, носит их у себя на ногах и месяцами защищает от антарктического холода под жировой складкой внизу живота… Ладно, отвечают вторые, а как насчет самца морского слона? Валяется целый день на пляже и трахает всех самок в пределах досягаемости. Как это ни огорчительно, похоже, что поведение морского слона более типично, чем поведение пингвина. К тому же, хорошо зная свой пол, я склонен усомниться в альтруизме последнего. Скорее всего, самец пингвина просто сообразил, что коли уж приходится торчать в Антарктиде столько лет кряду, разумнее будет сидеть дома и нянчиться с яйцом, покуда самка ловит рыбу в ледяной воде. То есть просто избрал самую выгодную для себя тактику.

Любя, мы обретаем недюжинную способность к сочувствию, обязательно начинаем видеть мир иначе. Без этого дара вы не сможете стать ни хорошим любовником, ни хорошим художником, ни хорошим политиком (прикинуться-то, конечно, сможете, но речь не об этом).

Игнорируя плохое, вы в конце концов начинаете верить, будто плохого не бывает вовсе. А потом удивляетесь. Удивляетесь тому, что ружья убивают, что деньги развращают, что зимой падает снег.

Всегда получать то, что хочешь, или никогда не получать того, чего хочешь, — в конце концов, разница не так уж и велика.

Иммиграция, как и эмиграция, — это процесс, в котором деньги играют не менее, а часто и более важную роль, чем принципы или законы.

История повторяется, первый раз как трагедия, второй раз как фарс.

Любовь может дать счастье, а может и не дать; но она всегда высвобождает скрытую в нас энергию.

... Чего природа не умеет делать, так это врать. Она просто идет напролом и делает свое дело... Шагает прямо и никого не надувает. Иногда она может быть не слишком приятной, но врать не станет.

История — это ведь не то, что случилось. История — это всего лишь то, что рассказывают нам историки.

— Мне не надо помогать, я в полном порядке, мне моя жизнь нравится, вот ты музыку сочиняешь и сочиняй, а я сына лечу и я его вылечу.

— А я больше не сочиняю, женщин композиторов не бывает.

— Мне сказали, что пацан не проживет и года, а он живет уже пять. Мне стало плевать, что говорят люди, их слова ничего не значат, слова — это так звуковая вибрация.