Эта инфа как выборы, здесь чистой правды нету,
Но зато здесь ***ежа ровно 146 процентов.
0.00
Я не лгу, я элита!
Да, я дворянских кровей!
Ведь живу во дворе под калиткой!
МЦ Бэтмен — Протектор шин
Другие цитаты по теме
Cлайд с цитатойНарод, захвативший власть, не отомстил никому и дворянских голов не рубил:
Он презирал жестокость королей.
Но из его милосердия выросла лютая гибель, и дрожащие монархи приходят опять,
С ними их обычная свита: сборщик податей, поп, палач,
Тюремщик, вельможа, законник, солдат и шпион.
Но сзади всех, смотри, какой-то призрак крадется,
Неясный, как ночь, весь с головою укутан в бесконечную пунцовую ткань,
Не видно ни глаз, ни лица;
Только палец изогнутый, словно головка змеи,
Из багряных одежд появился и указует куда-то.
А в свежих могилах лежат окровавленные юноши,
И веревка виселицы туго натянута, и носятся пули князей, и победившие гады смеются,
Но все это приносит плоды, и эти плоды благодатны.
Эти трупы юношей,
Эти мученики, повисшие в петле, эти сердца, пронзенные серым свинцом,
Холодны они и недвижны, но они где-то живут, и их невозможно убить.
Они живут, о короли, в других, таких же юных,
Они в уцелевших собратьях живут, готовых снова восстать против вас,
Они были очищены смертью, умудрены, возвеличены ею.
В каждой могиле борца есть семя свободы, из этого семени вырастет новый посев,
Далеко разнесут его ветры, его вскормят дожди и снега.
Кого бы ни убили тираны, его душа никуда не исчезает,
Но невидимо парит над землею, шепчет, предупреждает, советует.
Свобода! пусть другие не верят в тебя, но я верю в тебя до конца!
Обычно считается, что сам Святой Дух просвещает нас, дабы мы сумели выбрать лучшего. На самом же деле чаще всего мы голосуем с таким расчетом, чтобы не прошел худший.
Так что я для себя эту маленькую политическую дилемму решил очень простым способом — в день выборов я остаюсь дома, я не голосую. И на это у меня две причины. Во-первых, это бессмысленно. Эта страна была продана и куплена уже очень давно. Эта херня, которую они устраивают раз в четыре года, не значит ни черта. Во-вторых, я не голосую потому, что я считаю, что если ты голосовал, у тебя нет права жаловаться. Люди любят коверкать это утверждение — они говорят, если ты не голосовал, то ты не можешь жаловаться. Какая в этом логика? Если ты голосовал и сам выбрал бесчестных некомпетентных людей, которые взяли и все запороли, ты в ответе за то, что они натворили. Ты создал эту проблему, ты за них проголосовал, у тебя нет права жаловаться, а у меня все совсем наоборот, ведь я не голосовал.
Я в действительности даже не выходил из дома в день выборов. Я не в ответе за то, что эти люди натворили. У меня есть все права жаловаться так громко, как я хочу на всю ту ***ню, которую вы устроили и к которой я не имею никакого отношения. И я знаю, что скоро, в этом году у нас будут новые по–настоящему волнительные выборы, которые вы так любите, так что наслаждайтесь, там будет много новой веселухи. Что касается меня, то я останусь дома и буду заниматься тем же, что и вы, с той лишь разницей, что когда я закончу дрочить, я смогу увидеть результат своих усилий.
Голосование — осуществление права свободного гражданина валять дурака и губить свою родину.
Нет смысла покупать политика до выборов — неизвестно, придет он к власти или нет. Выгодней приобретать уже действующих.
Евро все еще трясет от того, что фрау Меркель так облажалась с выборами, и Германия полгода жила без правительства. Доллар падает потому что Трамп непредсказуем, не выстраивает государственную машину, и та работает через пень-колоду.
Образ крепкого хозяйственника сакрален для избирателя. Ну вот кто, по-вашему, может управлять городом? Или областью? Если человек не состоял в комсомоле, не работал на заводе, не врос корнями в родную землю, не стоптал башмаки на карьерной лестнице, разве можно его подпустить к такой ответственной должности? Вера в крепкого хозяйственника священна. И нет в мире ничего, что пошатнуло бы в народе эту веру. Город может лежать в руинах, как будто в нём были военные действия. В городе из-за распиздяйства властей, коррупции и халатности могут погибнуть десятки детей. Люди могут гробить своё здоровье на заводах, а условия жизни у них могут быть как в беднейших африканских странах. Но в нужный момент рука избирателя не дрогнет.
Именно в этот момент я внезапно с ужасающей очевидностью осознал, что государь — это не титул, не звание и даже не должность. Государь — это тягло. Тягло перед всей своей землей. И нести мне его не перенести. А еще я понял, что государя должны любить. Нет, не так: государя должны любить!!! Иначе грош ему цена. Нет, его могут ругать, на него могут временами злиться. Ибо ему нет необходимости регулярно, раз в четыре года, наводнять страну слащавой ложью и заискивать перед людьми, нарочно приведенными в состояние толпы, то есть электората, потому что-де выборы и надо пробиться в парламент или еще на какую выборную должностишку при власти. А потом успеть за четыре-восемь лет расплатиться с кредиторами, давшими ему денег на предвыборную кампанию, и заработать себе на достойную старость… А государю ничего этого не нужно. У него вся земля во владении. Причем принадлежать ему она может только вот так, вся, а не каким-то лакомым кусочком типа «Газпрома» или «Норникеля», который можно положить в карман за несколько лет нахождения на вершине власти и спокойно пользоваться все оставшееся время после того, как «исполнил свой демократический долг перед страной и народом». Вот так — все или ничего. Очень… бодрящая мотивация для лидера. Но она заставляет мыслить не в ритме предвыборных периодов, а минимум десятилетиями, а лучше веками. И потому людям вот сейчас конкретно, в этом году, может не понравиться то, что он делает, и они какое время будут ругаться и злиться. Но когда пройдет это время… Государя должны любить! Да, его должны любить даже тогда, когда его ругают и на него злятся! Это и есть его оценка. И она хлеще, чем любые выборы и рейтинги. Ибо тут уже не поиграешь с процентами, не установишь законодательные барьеры, не наймешь политологов и PR-менеджеров, чтобы ненадолго, на пару месяцев, поднять рейтинг, пока не пройдут очередные выборы. Его либо любят — либо нет. Но… как же страшно предать эту любовь. И дело не в том, что это плохо кончится, здесь — казнью, а там, в моем рафинированном и политкорректном будущем, просто неким конституционным переворотом. Дело не в этом… просто преданная любовь тут же обернется ненавистью. А ненависть миллионов уничтожит даже не тело. То, что произошло со мной, ясно доказывает, что тело — чушь, тело всего лишь сосуд, в который налито нечто, вполне способное существовать и в другом сосуде либо вообще без него. Нет, она уничтожит саму твою суть…