— Я вам заплачу. Это дело жизни и смерти, если я не найду свою сестру...
— Сколько?
— Пятьдесят долларов.
— Не смешите меня.
— Но вы же сказали, что потеряли все.
— Только не чувство юмора.
— Я вам заплачу. Это дело жизни и смерти, если я не найду свою сестру...
— Сколько?
— Пятьдесят долларов.
— Не смешите меня.
— Но вы же сказали, что потеряли все.
— Только не чувство юмора.
— Ты же хотела отправиться вокруг света со мной.
— Конечно, но не все же сразу. Джек, это же смешно — экзотические гавани, вечеринки, невероятные закаты... этого недостаточно.
— Недостаточно?! Ты говоришь так, будто исполнив мечту, она стала тебе не нужна.
— Видите, он все время вмешивается. Именно об этом я и говорил.
— Говорит, что я вмешиваюсь и это после всех тех раз, когда я помогал ему, хотя он даже не просил!
— Проси что угодно — я всё выполню.
— Всё?
— Всё-всё, чего ни пожелаешь — исполню всё. Захват мира, вечная жизнь, уничтожение армии инопланетян, летящих на землю.
— Ты что, хочешь сказать, что круче Шенлонга?
— А ты думал?
— Еще и соглашается.
— Но, честно говоря, мне проще помочь тебе с чем-нибудь личным.
Отпуск — это период, когда люди тратят огромные деньги, чтобы посмотреть, как идёт дождь в других странах.
Сложные отношения с деньгами у русского человека. Он вроде бы их любит и уж точно никогда от них не откажется. Но относится к ним презрительно. Они для него зло.
— Зачем помогать тем, кого ненавидим?
— Полагаю, мы берем пример с внешней политики Америки.
Вам не кажется вообще, что мир стал чересчур интересоваться едой? Она ведь скоро выходит вон с другого конца. Её не сбережешь не накопишь. Не то что деньги.
Еще одна проблема, это наша любимая — коррупция. Политики даже любят называть ее болезнью. Тут я не совсем согласен, просто те, кто, собственно, болен, они чувствуют себя лучше, чем здоровые. Уж сколько мы с этой коррупцией не боремся, сколько не искореняем, она все крепче и крепче. Меня повеселило то, что наше руководство уговорило Европу выделить нам на борьбу с коррупцией деньги. Деньги на борьбу с коррупцией! Это вот, как если бы муж сказал жене: «Дорогая, я бросаю пить, но для этого мне нужна бутылка водки». И она верит, говорит: «Конечно, на. Но смотри, если выпьешь — больше не дам». А ему щас больше и не надо. Ему нормально. Ну в смысле, нам. Ну, в смысле, даже им. Тем, кто заболел.