— Чёртов ублюдок! Чтоб ты сдох!
— Я по заказу не выступаю!
— Чёртов ублюдок! Чтоб ты сдох!
— Я по заказу не выступаю!
— Язык мой — враг мой! Мы бы уже давно были на Гавайях!
— Я даже уже рубашку подобрал, а ты всё испортила!
Боже! Тебе повезло, что он не убил и тебя! Он мог тебя изнасиловать и убить! Или сначала убить, а потом изнасиловать...
— Мы дали им то, чего они хотели! Это лучший канал, Бен! И это главное! Поверь мне! Я уже 30 лет в этом бизнесе!
— Я в этом бизнесе не так долго, как ты, Киллиан... но я быстро учусь. Поэтому я собираюсь дать публике то, чего она действительно желает.
— Мне немного стыдно за то, что я столько лет подавлял себя...
— О чем ты говоришь?
— Я говорю про маму.
— Так дело в твоей маме?
— Я должен, Сол. Я должен ей признаться.
— О Боже! Не надо! Ты ничего не должен этому ирландскому Волан-де-Морту!
Развод!
Прощай, вялый секс раз в год!
Развод!
Никаких больше трезвых суббот!
Ты называла меня: «Жалкий, никчемный урод!»
Теперь наслаждайся свободой, ведь скоро развод.
На одном ленинградском заводе произошел такой случай. Старый рабочий написал директору письмо. Взял лист наждачной бумаги и на оборотной стороне вывел:
«Когда мне наконец предоставят отдельное жильё?»
Удивленный директор вызвал рабочего: «Что это за фокус с наждаком?»
Рабочий ответил: «Обыкновенный лист ты бы использовал в сортире. А так ещё подумаешь малость…»
И рабочему, представьте себе, дали комнату. А директор впоследствии не расставался с этим письмом. В Смольном его демонстрировал на партийной конференции…