Эй, Рекер, очнись! Ты же американец — забыл? Думаешь, твоя страна станет тебя спасать? Нет, ты сгниёшь здесь. Причин доверять мне у тебя нет. Но один человек может сделать не так много. Ты сильный, и тебе хватит сноровки выбраться из этого сраного места. Разве что тебе хочется вдыхать эту вонь последние часы своей жизни. Если ты пережил ядерный взрыв, как я, или сражаешься за свободу, как ты говоришь, то и ждать смерти в тюрьме таким, как мы, не пристало.
Будем держаться вместе — выживем. А получишь пулю — я помочь не смогу. От мёртвого морпеха пользы никакой.
Сержант Рекер? Они говорят, тебя так зовут. Я слышу, как они говорят о тебе и о Цзинь Цзе. Говорят, ты что-то знаешь о нём...
Сержант Рекер? Они говорят, тебя так зовут. Я слышу, как они говорят о тебе и о Цзинь Цзе. Говорят, ты что-то знаешь о нём...
И что за той стеной: снова тюрьма, или свобода? А тебе что, не интересно? За мной, идём.
— Да, лежать на траве... В пяти метрах от лежака. Это что-то...
— Глупое?
— Нет, это здорово. Импульсивный порыв, свобода...
— Глупость это и была. Я бы поднялся, но уже перепачкался в траве, так что не важно.
Свобода подобна горному воздуху. Слабому она непосильна.
(Свобода подобна горному воздуху. Для слабых она непереносима.)
Всё равно его никто не полюбит; он уродливый, неприятный, нежеланный. Это обеспечивает свободу, в пользу которой многое можно сказать.
Если бы вы не пришли на нашу землю, мы, может, оставались бы бездомными, голодными, затравленными, но свободными! А свобода, Азади, свобода стоит больше, чем вы можете вообразить.
Cлайд с цитатой