Шрам, оставленный бедою,
Будет долго виден след,
И водицею святою
Не излечится он, нет.
Но пусть шрам не беспокоит,
Коль душой к нему привык.
Всё равно жить дальше стоит,
Не вдаваясь в шум и крик.
Шрам, оставленный бедою,
Будет долго виден след,
И водицею святою
Не излечится он, нет.
Но пусть шрам не беспокоит,
Коль душой к нему привык.
Всё равно жить дальше стоит,
Не вдаваясь в шум и крик.
Не спасает нас молитва
От больших и малых бед,
Резанет беда как бритва -
И кровавый виден след.
Кровоточить будет рана,
Всем известно наперед,
И не будет даже странно,
Если век не заживет.
Сколько бед нам жизнь готовит,
Как спастись от хищных лап?
И безжалостно тех ловит,
Кто душою очень слаб.
А беда явилась за полночь,
Но не пулею в висок, -
Просто в путь, в ночную заволочь,
Важно тронулся возок.
И не спеть, не выпить водочки,
Не держать в руке бокал!
Едут трое: сам в серёдочке,
Два жандарма по бокам.
Над бедой моей ты посмейся,
Погляди мне вслед из окна.
Сладку ягоду рвали вместе,
Горьку ягоду — я одна.
«Стремись достичь невозможного!», — он ведь именно так и поступает! Совершенно точно знает, что принесёт неприятности своему Ордену, и всё равно наводит смуту! Когда-нибудь он наверняка навлечёт большую беду на наш Орден!
Вечное счастье может опостылеть, как большой кусок сахара за щекой, и вот тогда ты точно наделаешь бед.
Счастья никакими ухищрениями не добьешься. Учись находить в жизни радость — вот лучший способ привлечь счастье. Беды никакими стараниями не избегнешь. Гони от себя злобу — вот лучший способ держаться вдали от беды.
Шрам не имеет особенностей. Он не похож на кожу. Он не говорит о возрасте или здоровье, не бледнеет и не темнеет от загара. Он не имеет пор, волос или морщин. Он защищает и скрывает то, что под ним.