В живописи, как и каждом из видов искусств ровно одна задача: через восприятие его произведений прийти к познанию самого себя.
Тьма, как выражение цвета чёрного, есть то произведение, выражающее сущность живописи, как познавая ничто познаём всё.
В живописи, как и каждом из видов искусств ровно одна задача: через восприятие его произведений прийти к познанию самого себя.
Тьма, как выражение цвета чёрного, есть то произведение, выражающее сущность живописи, как познавая ничто познаём всё.
Одного лишь цвета достаточно для выражения живописи в чистом виде и понимания её задач.
Чёрная масса цвета есть ничто иное, как абсолют, как ноль, как начало начал, как пустота.
Художник выражает не себя и свойственный ему мир чёрной массы и пустоты, отображая мир окружающий его, мир предметов, как живых, так и мёртвых, но, отобразив всякий из них, отображает мёртвое.
Порыв ветра, окованный или обездвиженное перемещение листьев созданное им же, это лишь начало на пути к пониманию того, что живопись не способна передать живого.
— Профессор Ренфилд? ФБР.
— Просто Донателло. Меня назвали в честь него.
— В честь... Черепашки-ниндзя?
— В честь... Скульптора эпохи возрождения.
Скажу прямо – я боюсь. И не потому, что жизнь моя так уж богата, насыщена, драгоценна. Я боюсь того, что готово народиться, что завладеет мной и увлечет меня – куда? Неужели мне опять придется уехать, бросить, не закончив, все, что я начал – исследования, книгу? И потом через не — сколько месяцев, через несколько лет вновь очнуться изнуренным, разочарованным среди новых руин? Я должен разобраться в себе, пока не поздно.