Боль — не худшее, что может быть.
Ты избавишься от боли, если представишь, что каждый синяк — это поцелуй вселенной.
Боль — не худшее, что может быть.
То, что ты испытываешь, называется слепым увлечением. Боль возникает в результате того, что ты переоцениваешь свои воображаемые отношения со мной.
Со всем тем надобно тебе знать, Панса, — заметил Дон Кихот, — что нет такого несчастья, которого не изгладило бы из памяти время, и нет такой боли, которой не прекратила бы смерть.
Ты один, Дитя. Тебя ждёт лишь мрак, а твоих людей — погибель. Эти монстры — только начало. Я поведу за собой бесчисленную и ужасающую армию, и мы изничтожим миллиарды миров. Мы продолжим делать это, пока не исчезнет последник луч света.
Ты силён, Дитя. Но я нахожусь за понятием силы. Я и есть конец. И я пришёл за тобой, Финн.
Я не умею полностью доверять человеку. Это, наверно, правильно. Доверие может убить, а недоверие лишь только ранить.
Внутри меня раздается непонятная боль. Боль прошлого. Такая боль возникает именно тогда, когда очень хочется что-то вернуть, но время оказывается намного сильнее нас и оно нам неподвластно.
— Но почему? Почему так все закончилось?
— Глупая девочка. Он увидел тебя. Он захотел быть с тобой. Яркой, красивой, полной жизни и эмоций. Которых не было у него. Он был ничем. Серость. Неглупая посредственность. Который на некоторое время удалось прикинуться личностью. Просто ты видела его через стекло своей любви. И его освещала твоя любовь. Поверь мне, он никогда тебя не забудет. Как не сумеет забыть себя вместе с тобой. У него никогда не получится хоть раз стать таким, каким ты его знала. Я несу романтичную чушь? Ничего подобного. Так оно и было. Хоть я и не наблюдал вашу историю. Я знаю. Так бывает.