Если весь мир театр, то вокруг слишком много паршивых актеров.
Весь мир — театр, а театр — это величайшее, многообразное развлечение!
Если весь мир театр, то вокруг слишком много паршивых актеров.
Бессмертно вещество, одни лишь формы тленны.
Господний мир — театр. В него бесплатный вход,
И купола навис вверху небесный свод.
После очередного спектакля, уже в гримёрке, глядя на цветы, записки, письма, открытки, Раневская нередко замечала:
— Как много любви, а в аптеку сходить некому...
Мир устроен так, а не иначе, потому, что если бы он был устроен иначе, нас все равно бы это не устраивало.
Так со смертными судьба порой играет:
То вознесет их вверх, то в пропасть низвергает.
И так устроен мир, что в счастье иногда
Уже заключена великая беда.
Мир – жестокая штука, но унывать не стоит, наоборот, надо держать голову высоко. Мечтай, но не спи.
А что может быть на свете более удобным и спокойным, чем состояние ребёнка во чреве матери? Его окружает блаженный мир питательной среды, тишины и покоя. И из этого, совершенного по своей природе, уюта ребёнок внезапно выталкивается в наш огромный мир, который своей непохожестью на всё, что было раньше, кажется ему чудовищным. Мир, где ему холодно и неудобно, где он не может есть когда и сколько захочет, где он должен добиваться любви, которая была его неотъемлемым правом. И ребёнок мстит за это. Мстит за холодный воздух и огромное пространство, мстит за то, что у него отнимают привычный мир. Ненависть и эгоизм, заложенные в генах, руководят его крошечным мозгом.