Кори убил отца главзлодея:
— Ох, Папочка мертв, и он больше не вырастит цветов... Но ты все еще можешь собрать это и поджечь. Почувствуй себя тепло, когда твой отец будет гореть!
Кори убил отца главзлодея:
— Ох, Папочка мертв, и он больше не вырастит цветов... Но ты все еще можешь собрать это и поджечь. Почувствуй себя тепло, когда твой отец будет гореть!
Свен двигает ящик, на котором стоит Кори, Свен:
— Эта штука весит целую тонну.
— Быстрее, кучер!
— Сию минуту, принцесса...
Машина Кори разбита, Эми ему:
— Она хоть была застрахована?
— Страховщики со мной дела иметь не хотят. Говорят, мне надо пересесть обратно на велик.
Кори забирается по стене, Эми:
— Только не упади!
— Ещё идиотские советы будут?
— Эй, хватит меня оскорблять.
— Извини. Когда я рискую своей жизнью, становлюсь немного раздражительным.
— Мне немного стыдно за то, что я столько лет подавлял себя...
— О чем ты говоришь?
— Я говорю про маму.
— Так дело в твоей маме?
— Я должен, Сол. Я должен ей признаться.
— О Боже! Не надо! Ты ничего не должен этому ирландскому Волан-де-Морту!
— ... Знакомится в баре с жертвой или в ресторане, напаивает её до бессознательного состояния, а утром жертва себя обнаруживает совсем в другом конце города, на остановке или просто на земле... И без всего!
— Голыми, что ли?
— Умерь свою фантазию, Краснов, до необходимого предела!
Развод!
Прощай, вялый секс раз в год!
Развод!
Никаких больше трезвых суббот!
Ты называла меня: «Жалкий, никчемный урод!»
Теперь наслаждайся свободой, ведь скоро развод.
Он Алексей, но... Николаич
Он Николаич, но не Лев,
Он граф, но, честь и стыд презрев,
На псарне стал Подлай Подлаич.
На одном ленинградском заводе произошел такой случай. Старый рабочий написал директору письмо. Взял лист наждачной бумаги и на оборотной стороне вывел:
«Когда мне наконец предоставят отдельное жильё?»
Удивленный директор вызвал рабочего: «Что это за фокус с наждаком?»
Рабочий ответил: «Обыкновенный лист ты бы использовал в сортире. А так ещё подумаешь малость…»
И рабочему, представьте себе, дали комнату. А директор впоследствии не расставался с этим письмом. В Смольном его демонстрировал на партийной конференции…
— Давайте, не стесняйтесь...
— Я знаю ответ, мистер Гаррисон.
— Бэ — ме-ме-ме....
— Заткнись, жирный!
— Э-э-э.. Не называй меня жирным, хе*ов жид!
— Эрик! Ты что только что сказал слово на букву " Ха"?.
— Жид! Он имел в виду хе*в.
— В школе нельзя говорить х*. Ты — жиробас е*чий!
— Интересные у вас методы диагностики: анализы не нужны, обоснования тоже. Вы куда?
— На склад обоснований.