Видеть тысячу предметов в первый и последний раз — что может быть печальнее этого и вместе с тем глубже!
Путешествовать — значит рождаться и умирать каждую секунду.
Видеть тысячу предметов в первый и последний раз — что может быть печальнее этого и вместе с тем глубже!
Путешествовать — значит рождаться и умирать каждую секунду.
– Жеан! Ты катишься по наклонной плоскости. Знаешь ли ты, куда ты идешь?
– В кабак, – ответил Жеан.
Мы не из тех, кто стремится к новому повороту. Мы из тех, кто создает их собственной жизнью.
Обычно пламя, которое сжигает нас, вместе с тем просветляет, отбрасывая мерцающий отблеск вовне и указывая нам путь.
То, что нередко слишком сурово именуется неблагодарностью детей, не всегда в такой степени достойно порицания, как полагают. Это неблагодарность природы. Природа, как говорили мы в другом месте, «смотрит вперёд». Она делит живые существа на приходящие и уходящие. Уходящие обращены к мраку, вновь прибывающие — к свету. Отсюда отчуждение, роковое для стариков и естественное для молодых. Это отчуждение, вначале неощутимое, медленно усиливается, как при всяком росте. Ветви, оставаясь на стволе, удаляются от него. И это не их вина. Молодость спешит туда, где радость, и где праздник, к ярким огням, к любви. Старость идёт к концу жизни. Они не теряют друг друга из виду, но объятия их разомкнулись. Молодые проникаются равнодушием жизни, старики — равнодушием могилы. Не станем обвинять бедных детей.
Его отнюдь не пугали никакие крепости, повсюду воздвигнутые против человечества суеверием, деспотизмом и предрассудками.
В одной восточной сказке говорится, что бог создал розу белой, но Адам взглянул на нее, когда она распускалась, и она застыдилась и заалела.