В попытке саморазрушения напиться
и сойти с ума на станции утешения в больнице.
В попытке саморазрушения напиться
и сойти с ума на станции утешения в больнице.
Я ведь вижу, что тот, кто пьет, половину своих дней мучается, а вторую половину безумствует.
Что хорошо, травмы оказались не слишком серьёзны.
Что не очень хорошо, в больнице меня навещали только мои родные.
Раз в три дня. Чёрт побери, могли бы и каждый день приходить…
Ненавижу быть пьяной. Думаешь, что тебе будет круто и весело, а на самом деле тебе грустно и плохо.
— Водки выпьешь?
— Да, если будет информация.
— Ничего тебе не будет, кроме водки.
— Хорошо, давай водку без информации.
И вот твой разум уже блуждает. Чем больше ты стараешься вслушиваться в музыку, тем более неуловимой она становится. Чем отчаяннее ты пытаешься сосредоточиться, тем больше преград возникает между тобой и звуком. Ты хочешь стать невесомым, чтобы музыка поддерживала тебя на плаву, как вода. Как бренди.