Одно прикосновение, и я исчезну.
В этом лесу обитают призраки и духи. Здесь можно потерять душу и заплутать навсегда...
Одно прикосновение, и я исчезну.
В этом лесу обитают призраки и духи. Здесь можно потерять душу и заплутать навсегда...
Хотару. Я больше не могу ждать лета. Если придется расстаться, я пойду за тобой, даже через толпы людей.
Когда-нибудь время разлучит нас. Но только давай, пока не настал тот час, всегда будем вместе.
Там, где клен шумит над речной волной,
Говорили мы о любви с тобой,
Опустел тот клен, в поле бродит мгла,
А любовь, как сон, стороной прошла.
— Твоя война закончена.
— Когда мы вместе сражались, это было как в старые времена. Но, думаю, мы оба знали, что всё закончится вот так.
— Ты помнишь ту ночь? Когда ты сказал мне, что Лоис беременна?
— Ты знал. Я даже не успел открыть рот.
— Это хорошее воспоминание.
— Из другой жизни.
— Я скучаю по тем, кем мы были.
— Я тоже.
Зачем же нам бежать?
Давай спрячемся под стойку,
И выхватывая шпагу,
Приглашаешь свою жизнь.
На дуэль с самим собой,
С самим собой.
Не думаю, что существуют еще народы, которые пережили бы больше страданий, чем евреи. Евреев избирают объектом ненависти и клеветы при каждом удобном случае.
В эти мгновения Кон воспринимает свою аллергию к этому миру, свое отчуждение от него — как недостаток. С детства он знает за собой это болезненное неумение вживаться в привычное окружение...