Только потому, что они тебе не нравятся, не значит, что ты не такой же, как они.
0.00
Вещи, которые я любил, — непрочные, хрупкие, но я этого не знал, я думал, что их нельзя уничтожить, а это не так.
Вечерний экспресс «Сансет Лимитед» (The Sunset Limited)
Другие цитаты по теме
Cлайд с цитатойБолее темная картина всегда более правильная. Когда читаешь историю мира, читаешь сагу о кровопролитии, о жадности и глупости, значимостью которых просто невозможно пренебречь. И мы все еще мечтаем, что будущее каким-то образом станет другим. Понятия не имею, почему мы еще держимся. По всей вероятности нам уже недолго осталось.
Те, кто вечно заботятся о незнакомых людях, зачастую не замечают, о ком им стоило бы заботиться.
В течение жизни одного человека личность создаётся исключительно из того, что он слышит, и того, что он читает.
Каждая страна, как и человек, доставляет неудобства другим, одним фактом своего существования.
Деятельность всех правительств на свете исходит из убеждения, что люди боятся наказания за проступки против правительства, и, надо сказать, это убеждение большею частью справедливо. Однако ещё более, чем далёкого наказания от незнакомых властей, человек боится презрения, или неодобрения, или даже изрядных неудобств, возникающих, если он нарушает правила того небольшого мирка — семьи, улицы, цеха, квартала — который и составляет его ближнее бытие.
Я часть всех людей (всего, что существует), и я отдельный индивид, отделенный от всех людей (и от всего существующего). Одновременность, действительное единство этих двух противоречивых состояний требует определенного настроя. Обычно я осознаю какой-либо один аспект — либо отдельность, либо связь; в такие моменты другая сторона кажется смутной и абстрактной. Но, будучи человеком, я не могу разорвать эту двойственность так легко. Я должен осознавать обе части, если хочу полностью ощущать себя живым. Так, чтобы достичь реализации, я должен иметь какие-то очень близкие отношения, какие-то — более формальные, и мне следует быть открытым навстречу своей человечности и общности со всеми людьми. В то же время я должен оставаться в своем внутреннем центре и уважать свою собственную потребность в одиночестве. Только с помощью собственного внутреннего чувства каждый из нас может достичь равновесия этих частей.
Я рассматривала людей, проходивших внизу. У каждого из них своя история, и она — часть еще чьей-нибудь истории. Насколько я поняла, люди не были отдельными, не походили на острова. Как можно быть островом, если история твоей жизни настолько тесно примыкает к другим жизням?
Человек чувствует, как тщетны доступные ему удовольствия, но не понимает, как суетны чаемые.