Чтобы удрали – я внушаю, что я дерьмо. А чтобы подманить – что они дерьмо.
— Я люблю тебя, Декстер, очень люблю, но ты мне больше не нравишься...
Чтобы удрали – я внушаю, что я дерьмо. А чтобы подманить – что они дерьмо.
Из-за этой боли
Меня разрывает на части.
Ты показал, что такое горе.
Ты показал, что такое счастье.
В твоей любовной истории что-то не так.
Они любят тебя, но они никогда не полюбят тебя так, как любят друг друга, а иначе бы они не делили тебя.
Когда я увидел её в первый раз, она хотела повеситься в туалете. Потом она пошла за мной. Сначала она вызывала у меня только досаду. При этом у меня в жизни тоже всё не ладилось, как и у неё. Но три дня, которые я провёл с Лайлой — это было лучшее, что я испытал в жизни.
— Эй, смотрите, мой друг скучает. Развлеките его.
— Твоему другу пошла бы куча дерьма на лице...
— Какие обязательства? Если я сразу говорю: «Эй, давай повеселимся, но чур никаких отношений», тогда я никакая не сволочь. Я ничего не обещал. И если мне откажут — им же хуже.
— Ты не понимаешь! Женщины только делают вид. Вот ты говоришь: «Эй, я хочу поразвлечься!». Она скажет: «Да, давай развлечемся!». Все прекрасно, но только на словах. А сама она думает: «У мужика раньше одни лохушки и тупицы были, он ещё не знает, какой я подарок! Но он поймет и изменится». Ты верен вашему договору, а её мысли ушли в сторону. В итоге — ты негодяй.
Обычно на искренность отвечают напускной любезностью, или холодностью, или тупым и грубым непониманием.
Просто мы чужие люди, которые случайно прошли вместе какой-то отрезок пути, так и не поняв друг друга.
(Просто мы расходимся как равнодушные люди, которые случайно прошли вместе отрезок пути, никогда не понимая друг друга.)