Наши стандарты разрушительны, поскольку мы делим все на черное и белое, хотя существовать возможно лишь в области серого, иначе придется жить в страхе. Думаю, монстры никогда не врут. Они такие, какие есть.
Монстры не появляются из ниоткуда. Мы, общество, сами прекрасно справляемся с их созданием.
Даже первобытный страх уступает перед самой страшной силой на свете. И имя ей любовь… И даже монстр сможет снова стать человеком… Ведь любовь творит чудеса.
В мире, где все придерживаются прагматизма и материализма, страх — единственная эмоция, которая позволяет искушенному человеку поверить в нечто потустороннее.
Монстры стали мучениками нормальности, то есть их убивают ради нормальных людей. Я понимаю монстров. Чего я не понимаю в свои 53 года, так это, что такое нормальный. Я думаю, что это крайне разрушительный стандарт, потому что если «нормальный» означает «безупречный», то это невозможно.
— Смотри, брат! Эта тварь, наконец, познала страх!
— Не думаю, что этому чудовищу ведом страх. Но, быть может, ему ведома боль! Если оно начало сражаться столь отчаянно, мы на верном пути!
Пойдем туда, Сэм! Конечно, нам на пути встретятся кошмарные чудовища, но, как гласит старое японское хокку:
Если есть у тебя
большой пулемет
бояться нечего.
Мы свободны в своем выборе только тогда, когда принимаем на себя ответственность и понесем ее друг перед другом. Только тогда мы построим светлое будущее, дом, где мы сможем быть собой и чувствовать, что нас любят и заботятся, и быть в окружении любимых людей. И избавиться от наших чудовищ, как от настоящих, так и от живущих в нашем сознании. Ведь от того, что не существует — труднее всего убежать. Они всегда с нами, они часть нас, пока мы не скажем: «Хватит». Пока мы не посмотрим в лицо нашим страхам, пока мы не победим наших чудовищ. Пока мы не начнем собой управлять и пока мы сами не изменимся. И только тогда, мы станем по-настоящему свободными.
Я навсегда запомнила один момент. Мой сын, он был тогда маленький, сказал: «Мама, помнишь, в кино была одна девочка? Монстр на нее нападал, и никто не защищал девочку от монстра?» Я с трудом припомнила, что мы и правда смотрели с ним какой-то дурацкий, совсем слабенький фильм про пришельцев. Я его и пересказать бы не смогла. А он снова: «Мама, помнишь: монстр нападает, а девочку никто не защищает!» Я говорю: «Помню». А он снова о своем, и опять одно и то же. Тогда я потеряла терпение. Говорю: «Да сколько можно! Неужели так страшно?» И забыла об этом. А он так поморгал-поморгал и больше уже не переспрашивал. А потом, уже много позже я поняла: его ведь даже не монстр испугал, а то, что девочку никто не защищал.
Cлайд с цитатой