— Сумму поставьте — сто рублей!
— А Вы говорили — сто двадцать! А ведь мой Мухтар ещё умеет приносить газету...
— Газеты должен носить почтальон.
— Сумму поставьте — сто рублей!
— А Вы говорили — сто двадцать! А ведь мой Мухтар ещё умеет приносить газету...
— Газеты должен носить почтальон.
— Мне никогда ни с кем так хорошо не было.
— А сколько их было?.. Ну, больше десяти?
— Что-то я есть хочу, ты не хочешь?
— Чудило! Она ж работать больше не сможет.
— Откуда тебе известно?
— Да у нее же задета центральная нервная система.
— Она у тебя задета с детства, однако же ты работаешь.
— Тебя с твоим плохим вкусом вообще никто не спрашивает. Иди и пиши свои бульварные романчики.
— А у вас, значит, хороший вкус, но плохие манеры? Ну так идите и обмазывайтесь своим вкусом, а других не поучайте.
— Интересно, только мне жаль Криса Домико?
— Да, ужасно иметь богатого отца и все на свете. Зря ты поднял эту тему, я сейчас слезу пущу.
— Ты думаешь, я забыл? Небось всё ещё рыдаешь, когда видишь по телевизору Рональда Макдональда!
— Зато я не боюсь летать!
— Самолеты падают!
— А клоуны убивают!
Я как рассуждаю, вот кто Россию полюбил, кто ей верно служит, вот тот русский. Вот Лефорт, Ганнибал, вот они-то русские, а вот Алексашка, твой, Меньшиков, да, вот он был русский, когда на Неве и Полтаве воевал, а как стал воровать без совести и закона — так в басурманы и перекинулся!