Не смеши меня бледностью прозы...
Я другому отдамся — поверь!
Не спасут постылые розы...
Вон дверь!
Не пытайся актёрствовать больше...
У меня всё ещё впереди!
Тот другой возвышенней, тоньше...
Уходи!
Не устроят меня компромиссы...
Время смоет всё словно река!
Я сама не хуже актриса...
Пока...
Прощальные встречи особенные. Нет, они совершенно не болезненные. Они похожи на грустное мгновение, когда ты отпускаешь голубя из рук. Он улетает, твоё сердце продолжает биться вопреки всем переживаниям. Ты смотришь на голубя в небе, в глубине разума понимая, что надо жить дальше. Хотя душа плачет, что без голубя ты как без рук…
Слышишь мальчик, не плачь обо мне, ты же будущий воин.
Я оставлю тебе свой клинок – он приносит удачу.
И не смей отрицать, моего ты оружья достоин.
Это капли дождя на лице, а я вовсе не плачу.
Опусти моё сердце в кипящую воду,
Не волнуйся, ему не впервой...
Ну зачем мне нужна такая свобода,
Если ты будешь в ней не со мной?
... в сердце утренних приветствий и полуденного смеха лежит неотвратимость прощания.
До свидания, ночь. Ты к утру уже так постарела, ты покрылась морщинами первых забот и зевак. Умираешь? Но это не смерть, а свобода от тела.
Ну прощай, прощай до завтра,
Послезавтра, до зимы.
Ну прощай, прощай до марта.
Зиму порознь встретим мы.
Порознь встретим и проводим.
Ну прощай до лучших дней.
До весны. Глаза отводим.
До весны. Ещё поздней.
Ну прощай, прощай до лета.
Что ж перчатку теребить?
Ну прощай до как-то, где-то,
До когда-то, может быть.
Что ж тянуть, стоять в передней,
Да и можно ль быть точней?
До черты прощай последней,
До смертельной. И за ней.
Мой милый зайчонок, сейчас, почему-то,
Всё общество резко подсело на лис и тебе одиноко...
Проходят с молчанием мимо тебя — и ни звука,
Ты ушки повесил и носиком тычешь мне в щёку.
Поверь — я тебя не забуду, мой милый зайчонок,
И даже в отвратное время — когда всё обрыдло,
Тебя я упрячу средь баек своих капюшоном,
Что б лис этих рыжих глазам твоим было не видно.
Зайчонок мой милый, ты тычешься носиком в щёку,
И пуговки глазки глядят на меня с надеждой...
Поверь я не сделаю больно тебе или плохо,
Давай, мой зайчонок — согрейся в моей одежде.
— Ты не сможешь вернуться. Я прокляну тебя, если ты уйдешь. Не поступай так с нами.
— Делай что собираешься, Роуэн. Я ухожу во исполнение Древней Надежды. Угроза твоего проклятия ранит мое сердце, но ты меня знаешь: чтобы остановить, мало меня ранить: нужно убить.
Он обнял Роуэна и вскочил в седло.
— Так будь же ты проклят! — Роуэн разорвал тряпицу и бросил соль на то место, где Берен стоял только что. — Да не вырастет трава там, где ты стоял!
Слезы прокатились по его лицу и нырнули в бороду.
— Прощай, — сказал Берен и, развернув коня к воротам, послал его в галоп.
Cлайд с цитатой