Жизнь на Марсе (Life on Mars)

Другие цитаты по теме

Следовательно, по крайней мере до тех пор, пока совместные усилия природы, науки и организации общества способны обеспечить благосостояние (на уровне нынешнего «золотого миллиарда») населения Земли, численно во много раз превосходящего нынешнее, реклама гомосексуализма должна квалифицироваться как преступление против человечества в целом.

Хотя это всего лишь мой предрассудок, я никогда не верю мужчинам с носовыми платками. Во мне вообще полным-полно предрассудков подобного рода. Поэтому люди обычно меня сторонятся. И чем дальше сторонятся, тем больше у меня предрассудков.

Наша педолюбовь хранит линии нашей зрелости в строгости и чистоте, так что мы никого, кроме самих себя, не приведем в свои брачные постели, и наши женщины в конце концов узнают нас.

— Мне устроят служебную проверку, подставят, подкинут вкусный гашиш в служебный сейф и всё — закроют. Закроют, как пить дать сразу же. А потом там дальше знаете, что будет? А там я хозяин своей жопе до первой душевой, меня продырявят в первый же день сразу же. Просто, потому что я красивый, сука. Я очень-очень-очень красивый. Кристина, понимаете это или нет?

— Вы не красивый, не волнуйтесь.

— Ой, не утешайте меня, Кристина, прошу вас, умоляю. Я же прекрасно знаю, что я просто петушиный Ален Делон. Меня же там свеженького, розовенького, как только привезут зюсь и пурупупуп и пропеллер.

О сексуальности самого Есенина существует много мифов и недоказанных предположений. Есенин хвастался количеством «своих» женщин, но его отношение к большинству из них было довольно циничным. Некоторые близко знавшие его люди утверждали, что он вообще не мог никого глубоко любить, хотя добивался, чтобы любили его. Эта потребность быть любимым распространялась и на мужчин, многие из которых влюблялись в обладавшего редким, поистине женственным, шармом, поэта. Есенин явно предпочитал мужское общество женскому, охотно спал с друзьями в одной кровати, обменивался с ними нежными письмами и стихами.

Мне всегда было трудно поверить, что они бывают с кем-либо в постели, ибо мужчина, который хочет женщину, всё-таки выберет скорее всего настоящую, а мужчина, который хочет мужчину, вряд ли позарится на таких

Истинная бисексуальность — это особая форма феномена, в основе которого лежит одинаковая сила обоих потенциалов — гетеро — и гомосексуального. Истинная бисексуальность способна чувствовать сексуальность привлекательность представителей обоих полов в равной мере, ценя при этом абсолютно противоположные качества объекта влечения. Наблюдая над подобными людьми позволяют сделать вывод, чрезмерно важный для сексологии в целом: гетеро — и гомосексуальный потенциал полового влечения взаимнонезависимы. При истинной бисексуальности они равнозначны, хотя в силу тех или иных причин, прежде всего, социальным и психологических, оба потенциала могут развиваться несимметрично.

Я был юн и неопытен, а потому — добродетелен;ибо что есть добродетель, как не предрассудок?

— А вам не кажется, что к геям требования завышены?

— Нет, если мы профессионалы, то зачем нам изображать тех, кем мы не являемся? Люди должны нас воспринимать как личностей, какая разница геи мы или натуралы — принимайте нас такими, какие мы есть.

— Забыл, что ты не гей, да?

Обратимся к другому предрассудку: будто бы мужчины должны быть тверже женщин. Каждая медсестра подтвердит, что гораздо больше мужчин, чем женщин, при инъекции или заборе крови падают в обморок; что женщины намного лучше переносят сильную боль, в то время как мужчины ведут себя, как маленькие дети, и готовы спрятаться за юбку матери. Однако мужчинам удалось на протяжении веков или даже тысячелетий распространить мнение, что они наиболее сильный и выносливый пол.

В этом нет ничего удивительного. Это одна из тех идеологий, которая типична для той группы людей, которая должна доказать свое право на господство. И если эта группа образует не большинство, а составляет почти половину человечества и на протяжении тысячелетий постоянно утверждает, что имеет право господствовать над другой половиной, тогда необходимо создать такую идеологию, которая убедила бы себя и других в этом праве.