Костлявый паренек из Австрии, который сумел вырасти, стать губернатором Калифорнии и который получил возможность говорить от имени президента — это и есть эмигрантская мечта.
Деньги не приносят счастья. У меня сейчас 50 миллионов, а счастлив я ровно также, как и тогда, когда у меня было 48 миллионов.
Эта страна основана эмигрантами. Отбрось свои европейские комплексы неполноценности. Здесь ты снова человек, а не истерзанный комок плоти, прилепленный к собственному паспорту.
— Ты хочешь обратно в СССР, да? Где «железный занавес»? Где маршируют все на митингах? Где дефицит? Отлично...
— Слушай, я не понимаю, зачем ты сгущаешь краски? Почему именно в СССР? И, вообще, с чего ты решил, что где-то там будет лучше? И где, кстати, — там?
— В штатах. Кира, по европейским меркам, мы с тобой ещё люди даже не среднего возраста. Давай уедем, начнём всё сначала, отдадим Артёма в нормальный колледж.
— Иван, это всё слова! Ты хочешь стать таким же, как наши общие знакомые — вечно озлобленным эмигрантом, который сидит ежедневно в сети и выискивает, что ещё такого плохого случилось в России? Смакует все эти подробности с единственной только целью, чтобы оправдать свой отъезд! Видите, что происходит!? А я вам говорил, что нужно валить!
Не плыву, — улетаю в Америку.
Кто поймет беспросветную грусть?
Это значит: к заветному берегу
Никогда, никогда не вернусь.
Это значит: благополучию
Свою жизнь навсегда уступил;
Полунищую, самую лучшую,
О которой я Бога просил.
Многие говорят мне, что быть чужаком — это очень удобно, что чужак видит такие вещи, которые глаз местного просто не замечает. Мне не очень нравится эта мысль. Я чувствую себя чужаком и здесь и там. Я забыл чешский, но так и не выучил английский.
У вас на Брайтоне хорошая погода,
У нас на Лиговке, как водится, дожди.
Как вам живётся, дети моего народа,
За фунты, доллары, никак не за рубли.
Свалили вы, так дай вам Бог, друзья, удачи,
Пусть вам сегодня на Бродвее повезёт.
А мы живем здесь, как и жили, и не плачем,
Что Вилли Токарев на Брайтоне поет.
Женщины всегда упрекают мужчин, что их интересуют только сиськи и бутылка, но забывают, что родившись мужчинами, сначала дают грудь, а потом начинают приучать к бутылке они сами.
Я бы хотел жить в России, в которой Пушкин и Мандельштам доживают до восьмидесяти, а Бродский и Набоков не должны уезжать в Америку.
Ни одно из моих правил успеха не будет работать до тех пор, пока не будешь работать ты.
Cлайд с цитатой