Я отдала мужчинам свою красоту и молодость. Теперь я дарю свою мудрость и опыт — лучшее, что у меня есть — животным.
Какой же смысл быть юной и красивой, если не заставлять мужчин ждать?
Я отдала мужчинам свою красоту и молодость. Теперь я дарю свою мудрость и опыт — лучшее, что у меня есть — животным.
Несчастнейший Оскар Уайльд, жаль, что он умер, так и не узнав, как, по — настоящему, должен выглядеть декаданс.
Декаданс – это пляски юности, власти, смерти в зоне концлагеря с девушками в одних духах и перьях, и чтоб обязательно накрахмаленные манжеты без запонок разлетались.
Одиночество подобно куску янтаря, внутри которого бабочка сохраняется вечно, в неизменной красоте. Лишь в одиночестве душа и тело женщины остаются чистыми и молодыми.
Эта красота его погубила, красота и вечная молодость, которую он себе вымолил! Если бы не они, его жизнь была бы чиста. Красота оказалась только маской, молодость — насмешкой. Что такое молодость в лучшем случае? Время незрелости, наивности, время поверхностных впечатлений и нездоровых помыслов. Зачем ему было носить ее наряд? Да, молодость его погубила.
Когда уйдут молодость и красота, когда тела наши увянут и придет смерть, любовь останется, ибо останутся теми же души.
– Ей можно видеть? – молчаливо спросил колдун, указав глазами на Унику.
– Ей можно, хотя она тоже ещё очень молода. Её слишком многое тянет к внешнему. Будет ли толк?
– Молодость имеет обыкновение проходить. Пусть посмотрит.
Так что попытка помочь молодым не совершать ошибок своих родителей сродни попытке продать полушубок людям, парящимся в сауне.
Когда человеку двадцать лет, он уверен, что смерть — это то, что случается с другими, но со мной никогда не случится, мы тогда все верим в нашу бессмертность. А потом приходит опыт. Умирают наши коллеги, наши друзья, наши родители, наши деды. И тогда заново приходится задуматься...
Когда человеку двадцать лет, он уверен, что смерть — это то, что случается с другими, но со мной никогда не случится, мы тогда все верим в нашу бессмертность. А потом приходит опыт. Умирают наши коллеги, наши друзья, наши родители, наши деды. И тогда заново приходится задуматься...