– Так неловко, когда мама с папой ругаются.
– Заткнись!
– Так неловко, когда мама с папой ругаются.
– Заткнись!
– Скажи мне одну вещь о Стайлзе, которую ты помнишь. Лишь одну.
– Проведите ключ-картой, и я расскажу Вам всё что угодно, что захотите.
– Шериф... Они идут.
– Одна вещь. Хоть одна вещь!
– Он был умён! Достаточно умён, чтобы не доверять мне.
– Из всех людей, Скотт, ты-то должен знать, что случается с одиноким волком.
– Он не один! У него есть стая.
– И Тео не в ней. А я в ней.
– Я не в стае, но... никто не любит нацистов.
— Я не умру за тебя.
— Я тоже.
— Но я буду сражаться вместе с тобой.
— Ладно. Давай сражаться.
– Я же говорил, что мы на одной стороне.
– Может, врезать тебе между ног, чтобы напомнить тебе, что это не так?
– Обожаю этого парня.
– Ты выбрался!
– Да, с трудом! Какой план?
– Украсть лошадь и попасть в Охоту.
– Ты шутишь, верно? Я прошёл через всё это, чтобы тебя не забрали!
— Поверить тебе? Парню, который убил свою собственную сестру, когда ему было девять?
— Вот именно, когда мне было девять. Я также верил, что парень в красном костюме спускается по дымоходу, чтобы доставить подарки. Поэтому, когда объявились трое людей в масках и сказали мне, что моя сестра хочет, чтобы я забрал ее сердце, я поверил им.
— Поэтому вы вместе выпотрошили и убили ее. Красивая история.
— Я смотрел, как она падает в воду и замерзает в считанные минуты. Думаешь, я понимал, что происходит?
— Я думаю, что ты толкнул ее. И тебе это понравилось.
Вы, ребята, хотите, чтобы я оставил вас наедине? Ах, точно [Тео показывает цепи] Я не могу.
Вам нужно быть реалистами, потому что доверие – сейчас не главное. Сейчас главное – мы против них, и лучше нас будет больше, учитывая, сколько их.