Славой Жижек. О насилии

Угроза наших дней — не пассивность, но псевдоактивность, требование «быть активным», «участвовать», прикрывать Ничтожество происходящего. Люди постоянно во что-то вмешиваются, «что-то делают», ученые принимают участие в бессмысленных дебатах и т. д. По-настоящему сложно отступить назад, отстраниться. Власть часто предпочитает диалог, участие, даже «критическое», молчанию — ей бы только вовлечь нас в «диалог», удостовериться, что наше зловещее молчание нарушено. И потому воздержание граждан от голосования есть подлинно политическое действие: оно властно ставит нас лицом к лицу с бессодержательностью современных демократий.

0.00

Другие цитаты по теме

Она [ненависть] работает, расщепляя возлюбленного на человека, которого я люблю, и на подлинный предмет-причину моей любви к нему, на то, что в нем больше, чем он сам [у Кьеркегора это Бог]. Иногда ненависть — единственное доказательство того, что я тебя действительно люблю.

В этой стране должен голосовать даже любитель опиума!

«Mr. Bibbit, you might warn this Mr. Harding that I'm so crazy I admit to voting for Eisenhower.»

«Bibbit! You tell Mr. McMurphy I'm so crazy I voted for Eisenhower twice!»

«And you tell Mr. Harding right back that I'm so crazy I plan to vote for Eisenhower again this November.»

«I take off my hat,» Harding says, bows his head, and shakes hands with McMurphy.

– Мистер Биббит, можешь предупредить вашего мистера Хардинга, что я такой ненормальный, что голосовал за Эйзенхауэра.

– Биббит! Скажи мистеру Макмерфи, что я такой ненормальный, что голосовал за Эйзенхауэра дважды.

– А ты передай в ответ мистеру Хардингу, я такой ненормальный, что собираюсь голосовать за Эйзенхауэра и в нынешнем ноябре!

– Снимаю шляпу, – говорит Хардинг, наклоняет голову и жмет Макмерфи руку.

— Он победил. Голосов на 3 тысячи больше общего числа голосов избирателей.

— Всего на 3 тысячи? Пусть будет на 20. Нам нужен триумф!

— Но у нас закончились бюллетени.

— Запомни первое правило политики: результат зависит не от количества бюллетеней, а от желания людей, которые их считают.

Лакановское определение любви («Любить — значит давать то, чего не имеешь…») должно быть дополнено: «тому, кто этого не хочет».

Таким образом, физическое насилие является средством, а целью будет — навязать противнику нашу волю. Для вернейшего достижения этой цели мы должны обезоружить врага, лишить его возможности сопротивляться.

– Ну хорошо! Довольствуйся малым, живи тихо, умри молча! Но неужели вы думаете, что это хорошо для всех?

– А при чем тут все? Все тебя не касаются, ты с собой разберись! Вот что больше всего любят делать люди – так это решать за других, что им делать! Ты ищешь ответов? А их нет! Да, вот так р-раз – и нет! И никогда не было! Ты сам – ответ. И ты сам – вопрос! Вот как ты поступишь, так и будет! А уже потом ты или другие будут с умным видом говорить, что было правильно, а что нет! Находить ненужные им ответы на не для них поставленные вопросы! И при этом будут счастливы! Во как завернул, аж самому понравилось… А вообще-то я терпеть не могу всех этих философских диспутов. Толочь воду в ступе и то полезнее, разве что ты так девок кадришь! А все равно все поступают по-своему! Разве это не ответ?

Ты же знаешь, он не любит, когда нам хорошо, если ему плохо.

Результаты выборов нас непременно порадуют, в противном случае будем гонять народ к урнам до тех пор, пока он не даст нам картбланш, так сказать вексель на предъявителя, который, впрочем, нам и без того полагается. Мы хотим править без помех.