Не отворачивайся, прямо стой и смотри.
Это все, кого ты любишь, гниют изнутри.
Крики, рыдания, проклятия голосом грозным.
В ответ — коротко тупое холодное: «Поздно».
Не отворачивайся, прямо стой и смотри.
Это все, кого ты любишь, гниют изнутри.
Крики, рыдания, проклятия голосом грозным.
В ответ — коротко тупое холодное: «Поздно».
Я — это стержень, несущая опора для мира,
Моя смерть — это блеф, что круто разрекламирован.
Тело в мясо, вражий запас патронов иссяк,
Но я продолжусь во всем, к чему притронулся.
Пальцами напишем «Хэппи-энд» на пыльном экране,
Небеса откроют ворота и нас с тобою не станет.
Жизнь обводит в истории даты,
Катастрофами в черные кольца.
Не для поиска виноватых,
А для размаха крыла добровольцев.
Пусть я совершаю прорывы, а через время я диву даюсь,
Как я мог в эту бредятину верить.
В городе твоём, как в моём, полумрак и тлен.
В разных субмаринах живём, но в одном котле.
Как напитанный морем тайфун, оступившемуся на замену,
Ринутся толпы людей, презирая страховку, играючи выйдут в арену!
На теплой кухне воешь: «Где это видано,
И кто детей моих на улице делает инвалидами?!»
Не ты ли сам случаем виновник пожара?
Накинь ещё карманных, на кент и два ягуара.