Иногда одиночество – все, что нам нужно; все, что мы ищем и в чем нуждаемся.
Мое жилище трудно назвать домом. Это разбитое гнездо, которое все спешат покинуть.
Иногда одиночество – все, что нам нужно; все, что мы ищем и в чем нуждаемся.
Восточный ветер. Фонарь и дождь. И прямо в сердце нож. Улица — дрожь натянутого провода, дрожь огромного овода. Со всех сторон, куда ни пойдешь, прямо в сердце — нож.
Север крошит металл, но щадит стекло.
Учит гортань проговаривать «впусти».
Холод меня воспитал и вложил перо
в пальцы, чтоб их согреть в горсти.
Замерзая, я вижу, как за моря
солнце садится и никого кругом.
То ли по льду каблук скользит, то ли сама земля
закругляется под каблуком.
И в гортани моей, где положен смех
или речь, или горячий чай,
всё отчётливей раздается снег
и чернеет, что твой Седов, «прощай».
Одиночество! Да ты понятия не имеешь, как я жила без тебя первые годы! Самым страшным для меня было забыть твой запах. Когда шёл дождь, я украдкой выбегала на улицу, брала горстку влажной земли и нюхала, чтобы вспомнить «те» запахи, так сильно я боялась позабыть аромат твоей кожи.
Путешествие в одиночестве обладает особой магией, которую не почувствуешь, находясь в толпе. Хотя, с другой стороны, может быть и в толпе есть что-то, чего я пока просто не понимаю.
Одиночество позволяет мне спокойно думать, читать и копаться в воспоминаниях — заново открывать мое прошлое, узнать наконец, кто я такой. Если все пойдет вкривь и вкось, пусть хотя бы прошлое останется со мной.
Наверно, это и так сразу видно, но душа у него изрядно испорчена. Как результат — он жалкий одиночка.