— Я хочу знать… где… моя… — добежал, увидел огромного вечнозеленого и просипел: — Мама!
Не ответить было сложно, он же сам просил, вот и добежал, чтобы услышать мои разъяснения:
— Вероятнее всего, дома, ждет вас.
— Я хочу знать… где… моя… — добежал, увидел огромного вечнозеленого и просипел: — Мама!
Не ответить было сложно, он же сам просил, вот и добежал, чтобы услышать мои разъяснения:
— Вероятнее всего, дома, ждет вас.
— Ваше последнее слово?
— Последнее? — удивился огневик, разливая новую порцию чая. — Никак речь о смерти?
— Только если откажете.
Если мамы дома нет, очень, очень грустно.
Если мамы долго нет, то обед невкусный.
Если мамы рядом нет, холодно в квартире,
Если мамы близко нет, плохо в целом мире.
Если мама далеко, очень детям нелегко.
Я скажу вам прямо: – Берегите маму!
Знаешь, все так неустойчиво: сегодня твоя маленькая девочка только начинает ходить, а завтра она уже мчится по скоростному шоссе. А ты — мать, ты должна приспосабливаться к тому, что твоя дочь продолжает расти. Ты только надеешься на то, что она проживет свою жизнь лучше, чем ты.
Но все решительно матери — матери великих людей, и не их вина, что жизнь потом обманывает их.
Не буди того, что отмечталось,
Не волнуй того, что не сбылось, —
Слишком раннюю утрату и усталость
Испытать мне в жизни привелось.
И молиться не учи меня. Не надо!
К старому возврата больше нет.
Ты одна мне помощь и отрада,
Ты одна мне несказанный свет.
Мне вдруг стало невыносимо горько за дочь, выдумывающую невидимых друзей, чтобы заполнить пространство вокруг себя. Только мать-эгоистка может вообразить, будто она одна способна заполнить это пространство. Эгоистка и слепая.
Почти у каждого из нас бывает драма,
Она, казалось бы, решается легко:
Одна в осеннем городе скучает мама,
И этот город расположен далеко.
И мы сначала ничего не замечаем,
И дни разлуки складываются в года...
И обещаем написать и забываем,
И наши мамы нас прощают, как всегда...
Думаю, это тот момент, когда меня бросила мать. Было бы справедливо отвернуться от неё, так что я бросил её в ответ. У неё даже не было шанса защититься. Да и как вообще она смогла бы оправдать свои действия? Что бы она сказала?