— Пилотов убили?..
— Да, их застрелили.
— Застрелили? Но кто?
— Ну... я. То есть, я первого пилота, а он успел застрелить второго. Такое случается.
— Я предупреждал тебя не лететь тем самолетом.
— Когда это?
— Ну, вчера я сказал, порой все, что ни делается, все к лучшему.
— Это не предупреждение, это не предупреждение, Рой, это истина прописная! Хренов слоган! Сказать, что ли, не мог? Джун, полетишь этим самолетом — сдохнешь нахрен!
— Кажется, я хочу заняться сексом... У нас получился бы шикарный секс!
— Они тебе что-то вкололи?
— Что это на мне, а?
— Бикини. Мы же в тропиках.
— Да, но как оно оказалось НА МНЕ?
— Джун, меня учили разминировать бомбы в кромешной темноте и имея под рукой лишь ириску и английскую булавку. Я раздену тебя и одену, ни разу не взглянув. Хотя не могу сказать, что так и сделал...
— Да, «придёт день» — нехорошее выражение.
— Нехорошее?
— По сути, оно означает «никогда».
Я иногда думаю, что не успел сделать: нырнуть на Большом барьерном рифе, проехаться на Восточном экспрессе, попутешествовать по Амальфийскому побережью на мотоцикле с рюкзаком, поцеловать незнакомку на балконе отеля «Дю Кап»...
— Стой! Не вынуждай меня стрелять!
— Никто не вынуждает тебя стрелять — это решение тебе предстоит сделать самостоятельно и прожить с ним до конца своих дней.
В ту ночь я узнал нечто такое, что для большинства людей остаётся неведомым: убийство – это грех, убийство – это осуждение души на вечные муки, но убийство ещё и работа.
Cлайд с цитатой