— Куда ты?
— Да так... никуда!
— У этого «никуда» прекрасный тенор.
— Моя женитьба — это сугубо дело государственное. Мы — граждане этого города уже 700 лет. Наследственность должна опираться на нечто иное, чем любовная связь.
— Я ему о любви, он мне — о деньгах.
— Я говорю о долге.
— А как насчет сердца?
— Дело не в моем сердце, а в политике.
— Как романтично.
— Женитьба — это не романтично.
— Для этого Господь создал поэзию. Чтобы смягчить ложь в устах людей.
— Ты несколько молода для того, что я хотел тебе дать.
— Я не более молода, чем ты себе выдумал.
— Его коллекция картин не меньше, чем его коллекция женщин.
— И какая же?
— Библейских масштабов.
— Мне кажется, что напрасно призывать Святую церковь для суда над обычной проституткой? Это дело нашей республики, верно?
— Я передаю эту женщину Венеции, которая её достойна.
— Они выдали твою сестру за этот кусок разлагающейся плоти!
— Этот кусок разлагающейся плоти — кузен Дожа, доверенное лицо самого Папы. Весь двор Рима обожает его.
— Римский двор не собирается спать с ним.
— Как вижу, вы хорошо знаете их мужей.
— Не очень хорошо, но их репутация опережает их.
— Мы плывем на лодке!
— У вас есть лодка? Где вы ее взяли?
— Вообще, это скорее самолет... наполовину... Мы на самолодке.
Гулянья, доказывал он, удовлетворяют глубокие и естественные потребности людей. Время от времени, утверждал бард, человеку надобно встречаться с себе подобными там, где можно посмеяться и попеть, набить пузо шашлыками и пирогами, набраться пива, послушать музыку и потискать в танце потные округлости девушек. Если б каждый человек пожелал удовлетворять эти потребности, так сказать, в розницу, доказывал Лютик, спорадически и неорганизованно, возник бы неописуемый хаос. Поэтому придумали праздники и гулянья.
Россия — это континент, который притворяется страной, Россия — это цивилизация, которая притворяется нацией.
Принцесса: Отец, ну хоть раз в жизни поверь мне. Я даю тебе честное слово: жених — идиот!
Король-отец: Король не может быть идиотом, дочка. Король всегда мудр.
Принцесса: Но он толстый!
Король-отец: Дочка, король не может быть толстым. Это называется «величавый».
Принцесса: Он глухой, по-моему! Я ругаюсь, а он не слышит и ржет.
Король-отец: Король не может ржать. Это он милостиво улыбается.
Cлайд с цитатой