Моё тело говорит, что пора принять пищу.
Мир был бы сер, уныл и мрачен без вашей перепелки в трюфельном соусе.
Моё тело говорит, что пора принять пищу.
— Как тебе ужин?
— Я не могу это есть, и это, и это.
— Господи, прости пожалуйста. Это потому что ты еврейка?
— Потому что я человек. И не ем мерзость.
— Куда делись овощи? Все едят только хлеб и мясо, а вокруг полно съедобных ягод и листьев. Где фрукты, где салат? Где он?
— Салат?
— Чтоб я ел листья?
— Листья мы используем в других целях, но потом ты их точно есть не захочешь!
... Из чего же сделаны девочки? Из сахара, ванили и всего, что мило. Вот из чего сделаны девочки.
Низкий каблук. Уроки фехтования. И шпага, чтобы защищать тебя. Вот те «милые вещи», из которых я сделана.
Вас дорожают, бензин дорожает — как это часто у нас совпадает,
Власти заботятся о населении
И ищут на задницу нам приключения!
Когда ты становишься известным, обед – больше не пища; это 570 граммов белков, 280 граммов углеводов, без соли, без сахара, обезжиренное топливо. Питание каждые два часа, шесть раз в день. Еда – это больше не еда. Это усвоение белков.
Пицца... Пицца это самое вкусное, что можно себе представить. Я имею в виду, пицца лучше всего на свете.
Я же не был ни настолько богат, чтобы верить в свое предназначение, ни настолько беден, чтобы воспринимать свои желания как насущную потребность. За столом я выполнял свои обязанности едока, и господь ниспосылал мне иногда — изредка — благодать, состоящую в том, чтобы есть без отвращения, то есть аппетит. Бездумно дыша, переваривая пищу. испражняясь, я жил по инерции, потому что начал жить.
— Тепло, нет холодно, холоднее, совсем холодно.
— Ты знаешь, где мои ключи?
— Нет, я о твоем завтраке.