Рудольф Борисович Баршай

Для игры в ансамбле человеческие качества важнее музыкальных. Да-да. Если прекрасный музыкант не обладает скромностью, гибкостью, терпением, не хочет слышать партнера, он не добьется хороших результатов в ансамбле. Необходимо довериться интонации партнёра, только тогда усилия каждого превратятся в музыку.

0.00

Другие цитаты по теме

Однажды его [Баха] сын — тоже композитор, как и все сыновья Баха, — пришел домой очень довольный: он давал концерт и имел колоссальный успех. А наутро отец ему сказал: «Ты имел вчера большой успех у толпы — значит, ты плох. Надо сочинять не для масс, а для знатоков. Если у знатоков будешь иметь успех, тогда станешь великим композитором».

Великие композиторы ничего не «сочиняют» — смертный не способен сочинить подобного. Они слышат, и им хватает мастерства записать. Посредственные — да, те сочиняют, комбинируют.

Искусство состоит в том, чтобы вырвать кусок из самого себя. Ты не можешь уйти, не пострадав.

Пап, прости, но я не хочу быть гангстером — я хочу стать певцом.

Идеальная музыка — это тишина, а музыканты занимаются созданием красивой рамки вокруг этого совершенства.

Бывает, что при знакомстве с людьми мы наделяем их порой несуществующими качествами, чтобы их лица стали нам родными, своими.

— Нет... страна у нас, конечно...

— Да... Страна — да.

— И народ.

— Ну, народ у нас вообще прекрасный.

— Люди, правда, говно.

Я не участник президентской гонки, я просто создаю музыку. Если она нравится людям — тем лучше. Если нет — пошли они к чёрту! Для нас такие вещи, как косметика предназначены только для сцены. Сейчас я не сижу здесь, на интервью, с помадой на губах, подводкой на глазах и, знаете ли, в лифчике.

Хрусталь мерцает в люстрах сонных,

В раздумье мраморном колонны,

Чуть слышно пол скрипит на хорах,

Зал в ожиданье дирижёра…

Ещё минута, вспыхнет свет,

Оркестр займёт места на сцене,

И заиграет вдохновенье

На струнах пережитых лет.

Вырисовывался образ девушки хоть и симпатичной, но замкнутой; живущей умом, а не телом, однако с мучительно дрожащей в груди пружинкой, что ждет лишь слабого прикосновения, чтобы распрямиться.