Но пока есть мы семеро, теплый летний вечер, стрекотанье цикад в траве, запах цветов, доносящийся из сада. Замок, освещенный огнями, бокал вина в руке, первые звезды, зажегшиеся на небе, тихий неторопливый разговор. Шелестящая на ветру листва деревьев, удивительное спокойствие и гармония с целым миром.
Всё хорошо. Ради всего этого я и буду сражаться дальше.
... Ладно, Жан. Повторим предыдущую тренировку. Всё как по учебнику: щит вверх, сожми рукоядь, не забывай держать ведущую ногу впереди. Готов? Давай! Ещё раз! И ещё! Хорошо! Если ты сейчас не сачковал, можешь перевести дух. Я знаю, что тебя это может разочаровать. И хотя кажется, что столько сил ушло на столь маленький шаг вперёд, но я хочу, чтоб ты знал — я горжусь тобой. Я ещё никогда не встречала кого-то настолько решительного в стремлении стать лучше. Ты так вырос с тех пор, как мы начали тренироваться вместе. И я знаю, что это лишь начало. Жан... я просто хочу, чтобы ты знал: я счастлива быть частью твоей жизни. Я всегда буду рядом с тобой, Жан.
— Почему ты не сдаёшься? Ты лишь кости и плоть! А я — машина, которую не победить! Какой в этом смысл?!
— Я сражаюсь не за себя, не за свою жизнь. Как тебе это объяснить... Я сражаюсь с тобой не за себя, а за друзей! Этого тебе никогда не понять, машина! Вот это как раз и делает нас людьми.
Пустые карманы никогда не помешают нам стать теми, кем мы хотим быть. Помешать этому могут только пустые головы и пустые сердца.
... фехтовать с его добротой — всё равно что сражаться с морем: любые удары смягчаются и теряют силу.
— Я пришел предупредить, что я сильнее тебя. Ты проиграешь. Достойная смерть — это все, что я могу дать.
— Прости, я пытаюсь забыть, что ты мой друг.
— Главное, что ты это знаешь.
Какой бы ни была ваша цель, вы сможете ее достигнуть, если только захотите потрудиться.
Он поднялся с сугроба, крепко сцепил зубы и пошёл вперёд, намечая перед собой маленькие цели, сосредоточивая на них внимание, — от сосны к сосне, от пенька к пеньку, от сугроба к сугробу.
— Эржебета, ты как будто занервничала, — хмыкнул Грейсон, которому явно доставляло удовольствие язвить надо мной. — Неужели я настолько страшный?
— Любого, кто с этим не согласится, вы ломтями порежете, — буркнула я, прекрасно зная, как выматывают тренировки мастера. Даже стоя на ногах, я слегка задрала голову, чтобы видеть его лицо. — А потом еще и отпинаете, чтобы другим была наука.
Cлайд с цитатой