Люби «Спартак» в себе, а не себя в «Спартаке».
Мои ночи мне не принадлежат,– отвечала Кози-Санкта. – Это достояние моего мужа. Чтобы спасти его, я отдала бы всю свою кровь, но не могу отдать свою честь.
Люби «Спартак» в себе, а не себя в «Спартаке».
Мои ночи мне не принадлежат,– отвечала Кози-Санкта. – Это достояние моего мужа. Чтобы спасти его, я отдала бы всю свою кровь, но не могу отдать свою честь.
«Милан» – это наследие ЮНЕСКО. В отличие от «Манчестер Сити» или «ПСЖ», у клубов, которых нет истории.
Неужели мерзавец перестает быть мерзавцем только оттого, что дрался на дуэли? И с какой радости честный человек, которого оскорбила какая-то мразь, должен подставлять свою грудь под пули?
— Та история уже потеряла всякий смысл. За эти два года все кардинально изменилось. Изменилась политика, изменились обстоятельства.
— И я изменился, все поменялось. Кроме Нджала и секретной службы. И если убийство Нджала вчера считалось делом чести, то все также обстоит и сейчас.
— Может, и тогда это убийство было не надо?
— А вы меня убеждали, что надо!
— Почему ты такой упрямый? Я не пойму, на кого ты больше злишься, на Нджала или на секретную службу?
— Угадай.
Eсли ты любишь человека таким, какой он есть, то ты любишь его. Eсли ты пытаешься его кардинально менять, то ты любишь себя. Вот и всё.
Чтобы стать хорошим тренером, необязательно быть футболистом. Ведь чтобы стать хорошим жокеем, необязательно до этого быть лошадью.
Увлечение материальными благами молодёжью вызывает сожаление. Людям с материальными интересами чуждо чувство долга. У кого нет чувства долга, нет и чести.
Мой самый великий вызов – это не то, что происходит в данный момент. Моим главным вызовом было скинуть «Ливерпуль» с их гребаного насеста. И вы можете напечатать это.