Песни, как объятия, которые рты дают ушам.
Не надо, Серёжа... Ну вам же всё равно, кого обнимать! Для меня же это очень серьёзно!
Песни, как объятия, которые рты дают ушам.
Не надо, Серёжа... Ну вам же всё равно, кого обнимать! Для меня же это очень серьёзно!
«Не шумите!» — сказала соседка.
А никто и не думал шуметь.
Вася пел, ведь нельзя же не петь!
— Это военный марш карликов.
— Под такой марш лучше маршировать к ночному горшку, а не на врага! — презрительно сказал Халлас.
— Тоже мне, знаток боевых маршей! — не остался в долгу Делер. — У вас, бородатые, и таких-то нет!
— А «Ударь молотом по топору»?
— Ха! — презрительно сказал карлик.
— А «Песня безумных рудокопов»?
— Ха! — Еще более презрительный ответ.
— А как дам мотыгой по башке?
Ты бабушку любишь за то, что она
Всегда весела, и добра, и умна,
Но в последнее время куда-то пропала
И с тобой почему-то давно не гуляла.
Мать с отцом будут врать, что уехала в гости,
Но ты знай, что в могиле гниют её кости.
— Диппер, что я просила тебя не делать хотя бы один вечер?
— Не воскрешать мёртвых...
— А ты что сделал?
— Воскресил...
Хоббитам эльфийских аппетитов не перенять. Мне иногда кажется, что для них песни почти как еда, если не главнее!
— Споём! От улыбки лопаются швы!
— А-а-а...
— Именно! А-а, в Африке реки — переносчик чумы!
— Могу ли я предложить тебе утешительные объятия?
— А что мне терять..
— Ну как?
— Как будто меня душит удав. ... Ты почему перестала?!
Любовь сладка, как летние дожди,
Прекрасна, как великая картина,
Изыскана, как милый голубок,
Что гадит каждый день мне на ковер.