— Даэрос, это же, прости, Создатель, бред какой-то…
— Создатель простит, непременно простит. Ради дела.
Она, Совесть, просыпается и начинает всячески докучать. Тычет своим костлявым пальцем по несколько раз в каждую ошибку, раз за разом воскрешает сцены позорного поведения, недостойных манер или всяческого их отсутствия. Хочется переложить на кого-нибудь часть вины, а — не на кого.
Он только с виду такой смирный, а смирные, если испугаются, очень быстро умеют бегать.
Любая женщина, возводя на пьедестал несравненности и недосягаемости свой идеал, прилагает все усилия, чтобы Идеал случайно с этого пьедестала не упал. Или не убежал. Если Идеал пьян, облит вином и помоями, грязен и связан, чтобы не буянил, то его следует переодеть, причесать, положить на пьедестал, если он пока стоять не может, и связать покрепче. Чистый и несвязанный Идеал обычно сопротивляется.
Даже если Бог не прощает нас, мы-то можем его простить. Мы должны проявить себя выше Бога. Лучше, великодушнее. Мы должны простить Бога… За то, что он сотворил нас низкорослыми. Толстыми. Нищими. Мы должны простить Бога за раннее облысение. За кистозный фиброз. За подростковую лейкемию. Мы должны простить Богу его безразличие по отношению к нам – забытому Богом научному эксперименту, брошенному обрастать плесенью. К золотым рыбкам Господа, оставленным в аквариуме без присмотра, вынужденным подбирать со дна свое собственное дерьмо, чтобы не умереть с голоду.
Когда приходит неприятельская армия, после боя воинов обычно хоронят. Вполне разумно похоронить воинов неприятельской армии до боя. А стоя — еще и компактнее.
Любая женщина, возводя на пьедестал несравненности и недосягаемости свой идеал, прилагает все усилия, чтобы Идеал случайно с этого пьедестала не упал. Или не убежал. Если Идеал пьян, облит вином и помоями, грязен и связан, чтобы не буянил, то его следует переодеть, причесать, положить на пьедестал, если он пока стоять не может, и связать покрепче. Чистый и несвязанный Идеал обычно сопротивляется.
За грехи наши и зло человеческий облик приняло. Бог-то простит, только ты себе не прощай. Так и живи – меж великим прощением и собственным терзанием.
Cлайд с цитатой