Где свободная пресса? Где журналисты?
Где точка зрения, которая неофициальна?
Они судят малолетних фашистов,
А наши власти, конечно, чисты кристально.
Где свободная пресса? Где журналисты?
Где точка зрения, которая неофициальна?
Они судят малолетних фашистов,
А наши власти, конечно, чисты кристально.
Если вы увеличиваете процент потребления общедоступной информации, результат вашей мыслительной деятельности едва ли сможет претендовать на оригинальность.
По-моему ужасно глупо то и дело попадать в газеты. Любой, кто хорошо делает свое дело, имеет право на частную жизнь.
Я знаю, что делать с папарацци. Я буду каждую ночь в течение трех месяцев проводить с известной актрисой: одну ночь с Холли Берри, одну с Сальмой Хайек, потом прогуляюсь по пляжу, держась за руки с Леонардо ДиКаприо... Так я сведу их с ума.
Я рад, что вы сняли этот материал и его покажут во всём мире. Похоже, это единственный способ заставить людей вмешаться. Но если никто не вмешается? Будет ли польза от этих кадров? Как можно не вмешаться, когда происходят такие зверства?
Боюсь, люди посмотрят репортаж, и скажут: «Боже, как это ужасно», и продолжат ужинать. Хотя, откуда мне знать?
Когда прекращаешь смотреть телевизор и читать газеты, самое тяжкое — пережить эту первую утреннюю чашку кофе. В первый час после сна очень хочется быть в курсе всего, что творится в мире. Но ее новое правило: никакого радио. Никакого телевизора. Никаких газет. Глухая завязка.
Важно не нагромождение лжи, а последовательность и планомерность, с которыми она преподносится.