Степан Аркадьич Облонский

— О моралист! Но ты пойми, есть две женщины: одна настаивает только на своих правах, и права эти твоя любовь, которой ты не можешь ей дать; а другая жертвует тебе всем и ничего не требует. Что тебе делать? Как поступить? Тут страшная драма.

— Если ты хочешь мою исповедь относительно этого, то я скажу тебе, что не верю, чтобы тут была драма. И вот почему. По-моему, любовь... обе любви, которые, помнишь, — Платон определяет в своем «Пире», обе любви служат пробным камнем для людей. Одни люди понимают только одну, другие другую. И те, что понимают только неплатоническую любовь, напрасно говорят о драме. При такой любви не может быть никакой драмы. «Покорно вас благодарю за удовольствие, мое почтенье», вот и вся драма. А для платонической любви не может быть драмы, потому что в такой любви все ясно и чисто, потому что...

— В этом-то и цель образования: изо всего сделать наслаждение.

— Ну, если это цель, то я желал бы быть диким.

— Женщины, видишь ли, это такой предмет, что, сколько ты ни изучай её, всё будет совершенно новое.

— Так уж лучше не изучать.

— Нет. Какой-то математик сказал, что наслаждение не в открытии истины, но в искании её.

Он любил свою газету, как сигару после обеда, за лёгкий туман, который она производила в его голове.

Великолепно, если я поборол

Свою земную страсть;

Но если это и не удалось,

Я всё же испытал блаженство!

Himmlisch ist's, wenn ich bezwungen

Maine irdische Begier;

Aber noch wenn's nicht gelungen,

Hatt' ich auch recht hubsch Plaisir!

— Вот видишь ли, ты очень цельный человек. Это твоё качество и твой недостаток. Ты сам цельный характер и хочешь, чтобы вся жизнь слагалась из цельных явлений, а этого не бывает.

Умением выживать в любых условиях настоящие коты владеют виртуозно. Назовите еще хоть одно животное, которое кормят не за то, что оно приносит пользу, охраняет дом или звонко щебечет, а потому, что наевшись, оно ходит довольное-предовольное. И урчит.

Да, брат, женщины — это винт, на котором все вертится.

Узнаю коней ретивых по каких-то их таврам, юношей влюбленных узнаю по их глазам.

— Положим, ты женат, ты любишь жену, но ты увлёкся другою женщиной...

— Извини, но я решительно не понимаю этого, как бы.... всё равно как не понимаю, как бы я теперь, наевшись, тут же пошёл мимо калачной и украл бы калач.