Ему бы чуточку больше юмора, больше жизни — вот то, чего здесь недостаёт. Мрачные места нуждаются в свете, а не в серьёзности.
Сирио сказал как-то, что темнота может стать ей другом, и был прав. Довольно луны и звёзд, чтобы найти дорогу.
Ему бы чуточку больше юмора, больше жизни — вот то, чего здесь недостаёт. Мрачные места нуждаются в свете, а не в серьёзности.
Сирио сказал как-то, что темнота может стать ей другом, и был прав. Довольно луны и звёзд, чтобы найти дорогу.
Жизнь человека подобна шоссе, которое проходит по тоннелю в горах – оно бесконечное число раз пронизывает мрак и вырывается на свет.
Вы, вестероссцы, всегда торопитесь. Какой в этом прок? Кто спешит жить, спешит к могиле.
Если ты не можешь защитить себя сам, умри и уйди с дороги тех, кто может. Этим миром правят сильные руки и острая сталь — не верь тому, кто скажет тебе другое.
Безобразная девочка, печальный шут и старый мейстер в придачу — вот история, способная исторгнуть слёзы у любого.
Всем известно, что мейстер получает серебряное звено в своей цепи, если овладевает искусством врачевания, — но люди предпочитают не помнить, что умеющий врачевать умеет также и убивать.
Есть, конечно, многое, чего мы ещё не понимаем. Время складывается из веков и тысячелетий, а что видит всякий человек за свою жизнь, кроме нескольких лет и нескольких зим?
— В Вас, пожалуй, больше от Рейегара, но Рейегар дал себя убить. Роберт уложил его на Трезубец своим боевым молотом — всего лишь. Даже драконы смертны.
— Драконы смертны. Но смертны и те, кто их убивает.
Мы смотрим на горы и называем их вечными, и они действительно кажутся такими... но с течением времён горы вздымаются и падают, реки меняют русло, звёзды слетают с небес, и большие города погружаются в море. Мне думается, даже боги умирают. Всё меняется...